Ашот Наданян

Опасно совать палец в обручальное кольцо.

Шеф-повар на кухне: «Прометеев, огня! Танталов, муки! Колумбова, яйцо! Бертолетова, соль! Адамова, яблоко! Эзопов, язык! Прокрустов, руби! Дамоклов, шинкуй! Сизифов, неси!»

Детство заканчивается тогда, когда на смену «а почему?» приходит «а почём?».

Пессимист думает, что жизнь идёт кувырком, оптимист — что она танцует брейк-данс.

Одни — светильники разума, другие — коптильники.

Оказавшись на дне, не ходи, а отталкивайся.

Виски со льдом — веселье, лёд к вискам — похмелье.

Сильный шахматист выиграет у слабого даже в поддавки.

Страшиться не позорно, а вот позориться страшно.

Меня всегда восхищало умение плести венки сонетов. Это, пожалуй, наиболее сложная форма стихопроизводства. Такое впечатление, будто огромная волна медленно, но неудержимо поднимается на высоту четырнадцатиэтажного дома, а затем стремительно обрушивается вниз, круша всё на своём пути.

Бывает, снимешь с человека кляп, а это, оказывается, намордник.

Анекдоты сочиняют не от весёлой жизни.

У работника гора дел — у начальника дела в гору.

Он давно уже собирался узнать, что означает слово «прокрастинация», но каждый раз откладывал на потом.

Политкорректное название подкаблучника — набойка.

Сложил руки — значит, нет желаний; протянул ноги — значит, нет возможностей.

В карманах чистота, как в Сингапуре.

Пешеходные зебры размножаются перекрёстным опылением.

В зарослях многословия легче устроить пожар демагогии.

Алчущие и жаждущие насытятся, алчные и жадные — никогда.