Она умирала. «В глазах гасли жизни блики «.
На мокром асфальте к груди подтянув колени…
Застыла душа в безмолвном протяжном крике
В последнем рывке и в последнем своем падении.
К ней ветки тянули деревья и голосили,
Металась весна подраненным серым зверем,
Ее обнимал закат на исходе силы.
Лежала она, уже ни во что не веря.
Ее укрывало небо тучами синими,
А сердце, как в клетке, билось испуганным голубем,
Шептала молитву с его драгоценным именем.
Как страшно одной в многолюдном бетонном городе.
Она лишь хотела увиденной быть, услышанной,
