Аминора

А ты теперь меня не замечаешь,
Я стала очень малою песчинкой.
Я веточка, что гнётся как осинка,
Я ветерка дыханье, нитка, паутинка.

Я тот кораблик из газеты старой,
Что по арыкам ребятня пускает.
Я сломанная старая сурдинка,
И с нею скрипка больше не играет.

Я лист гонимый ветром и дождями,
Лежащий мокрым на чужом пороге.
Осколочек стекла между щелями,
Блеснувший где-то на дороге.

Так значит, ты вернулся вновь в тот дом,
Где многие тебе бесспорно очень рады.
Конечно, много глупости и там кругом,
Но всё-таки есть те, с кем и тебе отрадно.

Есть те, кто верил, что придешь назад,
Душа должна хоть где-то разрядиться.
Всё также что-то тут глаголем невпопад,
А кто-то ищет здесь свою жар-птицу.

Не надо, мама, не зови
Ещё уйти я не готова.
Меня немного подожди,
Ещё чуть-чуть и буду дома.

Если человеческие индивидуумы не в состоянии поступиться даже малым в пользу своих же индивидуумов, то такое человечество не имеет право на выживание. Силы.

А что бы я взяла с собой?
Кусочек осени ушедшей,
Фон неба — светлоголубой
И настроенье сумасшедшей.
Ещё бы горстку звонких нот,
Что пели мы с тобой бывало,
И старый плед и мой блокнот,
Стихов туда писала я немало.
И чуточку своих ушедших лет,
И фото, где стою я с мамой.
Платье, да и парочку штиблет,
С погнутой спицей зонтик старый.

Всё, что люди утверждают Истиной, спорят о ней, ломают копья, на самом деле Истиной не является. Это лишь, Правда. Причем правда, которую каждый человек понимает и утверждает по своим собственным понятиям, согласно тем своим принципам, которые впитал с детства, так как считали его родители, согласно различным стереотипам, догмам, заповедям и тому подобным.

Пример: Один человек считает другого тупым, идиотом, неполноценным. Но это только он считает и подобные ему, мыслящие также. Но тот, кого сч…
… показать весь текст …

У каждого из нас свой личный срок.
И мы конечно с этим не согласны.
Но жизни наплевать на наш урок,
Пришли — ушли, и это не напрасно!((

Опять трамвай меня не взял,
Не захотел и не дождался.
И старый маленький вокзал
За поворотом там остался.

Седой туман в конце аллеи. Шаги по листьям чуть шурша, лишь платья шлейф белеет как на картине в галерее. Осенний воздух чист, но замерла душа.

Не слышен щебет птиц, всё стихло перед ночью, но не горят еще в аллее фонари.
Вокруг сплошной мираж и сердце холодеет, боясь фантомов иль путников, идущих не спеша вдали.

Невидимый в тумане, вдруг колокольный звон прервал задумчивость шагов в аллее. И зашумела жизнь, в тумане вновь слышна трамвая трель, клаксон машин и шелест по асфальту шин.