Александр Николаевич Островский

Самое тяжкое оскорбление мне — это ваше покровительство.

Нет хуже этого стыда, когда приходится за других стыдиться.

Лариса. Значит, пусть женщина плачет, страдает, только бы любила вас?
Паратов. Что делать, Лариса Дмитриевна! В любви равенства нет, это уж не мной заведено. В любви приходится иногда и плакать.
…
Лариса. Кабы любовь-то была равная с обеих сторон, так слез-то бы не было. Бывает это когда-нибудь?
Паратов. Изредка случается. Только уж это какое-то кондитерское пирожное выходит, какое-то безэ.

Лидия. Что вы? Что с вами?
Телятев. Морщинка, вот тут, на лбу; маленькая-маленькая, но морщинка.
Лидия (с испугом). Не может быть.
Телятев. Посмотрите в зеркало! Ай, ай, ай! В ваши-то лета. Стыдно!
Лидия (перед зеркалом). Не говорите лучше! Надоели.
Телятев. Думать не надобно, Лидия Юрьевна; больше всего думать остерегайтесь. Боже вас сохрани! У нас женщины тем и сохраняют красоту, что никогда ничего не думают.

…Отчего люди не летают так, как птицы? Знаешь, мне иногда кажется, что я птица. Когда стоишь на горе, так тебя и тянет лететь. Вот так бы разбежалась, подняла руки и полетела…

— Нам надо поддерживать себя… Пока еще есть кредит… но немного. Подойдет зима; театры, балы, концерты. Надо спросить у матерей, чего все это стоит. У меня Лидия ничего и слушать не хочет, ей чтоб было. Она ни цены деньгам, ни счету в них не знает. Поедет по магазинам, наберет товаров, не спрашивая цены, а потом я по счетам и расплачивайся.
— А женихов не предвидится?

***
Ах он, эфиоп! Вот потеха-то! Приехал откуда-то из Камчатки и прямо женится на лучшей нашей невесте. Видишь ты, у него дела такие, что ему непременно нужно жениться на ней. Какая простота!

***
Поверь мне, что он женится на Чебоксаровой и увезет ее в Чебоксары.

Когда люди сходятся по любви, так они и живут в любви, пока не надоедят друг другу; а когда бедный человек берет за женой большое приданое, так он рад ли, не рад ли, а обязан любить.

Русский человек любит посмеяться над ближним и смеётся безжалостно

Как мужик русский: мало радости, что пьян, надо поломаться, чтоб все видели; поломается, поколотят его раза два, ну, он и доволен, и идет спать

«На всякого мудреца довольно простоты»