Аграфена Позднякова

Я живу этим днем, я не помню вчера,
Мне сегодня дарило золотые цветы.
Нежным ультрамарином мои вечера,
Филигранью на бархате звезды-мечты.

Растяну я мгновение в целую жизнь,
Ибо только мгновение есть у меня.
В промежутке меж взмахом ресниц удержись,
В интервале рождения нового дня.

Отражусь я в зрачках, оседлаю волну,
Подарю тебе крик нерожденной звезды.
И от края над пропастью я оттолкнусь,
Я хочу улететь из тисков суеты.

Я гляжу в эти лица в толпе
И, похоже, мне не отыскать
Образ твой, что навеки во мне,
Твой такой несегодняшний взгляд…
Я плачУ и готова платить,
Я раздам всю себя по кускам,
Чтобы вновь с твоих рук счастье пить,
И тонуть в бирюзовых глазах…
Может в них — измрудность лесов,
Может, серый ноябрьский туман,
Бесприютность бродячих псов,
И лукавый апрельский обман…
Просто взгляд, что хлестнет, будто плеть,
И притащит к тебе, как аркан,
… показать весь текст …

У нормальных — счастье нормальное,
И такое — сугубо женское —
Запланировано-перинатальное,
С контролируемым блаженством.
У нормальных счастье синицею,
Не вожжающейся с журавлями.
Рядом с ним так спокойно спится,
Не блуждается лимба полями.
Не такое — разрыв аорты, или танго на острие.
И не джинсом немного потертым,
А отточенным grand pliе.
У нормальных… Где ты, нормальность?
Когда мой девиз — Fuck the norm.
Была самой высокой тональность,
… показать весь текст …

Я прям весь в ожидании муз,
Ну и стол налохматил слегка:
Банки с пивом — бесценный мой груз,
И четыреста грамм шашлыка.
В ожидании пиво открыл,
Для разгону и для рывка,
Только слышу шуршание крыл —
Вижу, муза сегодня близка.
На двоих мы распили пивко,
Заедая его шашлычком,
Целоваться нам вдруг припекло,
(полирнули слегка коньячком).
Ну, а дальше все словно в бреду:
Ноги, руки, на люстре хитон…
… показать весь текст …

Мы ревнивы к чужому успеху, к искреннему смеху, наблюдаем за чужими утехами, все стены усеяли прорехами.
Любим судить на досуге, о чьих-то тщетных потугах, о том, как жизнь кружит других в центрифуге, выжимая досуха их сердца. Мы знаем, как правильно, знаем, что нужно идти до конца и не терять лица. Мы в своей святости всегда против подлеца.
Подумали б лучше о себе немножко, нет, лезем в чужую жизнь, ластимся, словно кошка, лижем чужие подошвы, чтоб позже выстрелить из-за угла. И будто бы все не со зла…

-Кто там? Любовь на вечер? Не хочешь? Ты хочешь вечной?
Принц же ж тогда, конечно, вечер, вино и свечи, (я не не о геморрое, но тоже будет полегче).
Вальс при луне и свечах, руки ему на плечи (нет, не ноги, полегче, ведь пока только вечер!)
Принц добросердечен, некая плавность речи, дама не из буфетчиц, нежно сжимает веер, ярко ланиты алеют, бриз так легонько веет… И паруса на реях, словно рассвет алеют…
-Милая, нежная фея,
— Принц мой, прижми сильнее…
Страсть их бурлила на рейде, близилось все к апогею…
Так, исподволь, постепенно и родилась легенда.
О тех, что вдвоем навечно, о счастье в мешке заплечном, о том, что любой, кто навстречу, добром неземным отмечен, и смех раздувает свечи, (у них не бывает осечек)… Вот так, в переводе неточном фольклор (он конечно, сочный).

Я тебе приоткрыла двери,
Ты ворвался, чтоб рисовать,
В моем мире счастье в фужере,
Бриз морской, что солоноват.
Ты рисуешь глубокое небо,
Шепот первой вечерней звезды,
Моя жизнь превращается в ребус —
Ты запутал снега и цветы.
И цветут в январе моем вишни,
А в июле все иней да снег…
В лабиринте любой будет пришлым,
В лабиринте твоем звучит смех.
Я по жизни с тобой заплутала,
И в обыденность брошена нить.
… показать весь текст …

Ночью светит одно окно
Теплым светом красивых фраз.
Огорчает меня одно —
Написать не могу я джаз,
Потому, что звучит в нем блюз,
Легкой горечью на губах.
Я уйти от окна боюсь —
Вдруг погаснет оно сейчас?
И в обрушившейся тишине
Лишь Луна свой таращит глаз.
Милый блюз, заходи ко мне
Я в окне этом прочно увяз…

Я тут подумала… Нет бы сказать спасибо,
Я же упрямо рифмую любовь с болью.
Крылья растишь. Отпускаешь меня на волю.
Ты улыбаешься, вновь мне даешь выбор,
Даже гораздо больший, чем либо-либо…
Вот я неловко упала и сбила коленку,
Ты поднимешь, зеленкой мне мажешь ранку.
Я все торгую лицом у погасшей рампы,
В этой знакомой до боли банальной сценке.
И на остывшем латте оседает пенка…

Во мне темнота прорастает волшебным цветком,
Рождая миры и вселенные… Время иллюзий.
Реальность танцует, изящно снимает блузу,
И мимо созвездий бежит от меня босиком.

На белом полотнище хаоса странницу-ночь,
Еще от людей не уставшую, смело рисую.
Реальность задумчиво смотрит и трогает струны,
Желая картину в мелодию ветра облечь.

Рождается смех, значит где-то рожден будет плач.
На грани меж светом и тьмой появиться греху.
А Зло прячет жало под правильных слов шелуху,
И если есть жертва, то будет назначен палач.
… показать весь текст …