Ксения Желудова

Есть особая женская боль, понятная и простая:
длинный или короткий перечень под грифом «не суждено»,
список жизненно важных мужчин, которым никем не стала,
ни подругой, ни любовницей, ни женой;
как лежала пластом под их гранитными пьедесталами,
как училась произносить звенящее ‘мне всё равно';
не стереть, не забыть, сколь ни закусывай удила,
список мужчин, которым не родила.

прихожу под утро; мать: «ну, и с кем ты была?»
фразы очередями, брань — разрывными гранатами,
а после — пусто, лишь тишина и мгла;
я говорю устало: «никогда не могла с женатыми»
и улыбаюсь грустно, потому что однажды действительно не смогла

сентябрь — это тёплый свитер на всякий случай,
это играйся с ближними, но не мучай,
это город, хмельной и гулкий, как контрабас;
наши неудачи нас чему-нибудь да научат,
только не в этот раз.

разлюбить — это соблюсти по всем правилам строгий пост,
от всего отказавшись, уповать на духовный рост,
это вопрос терпения и дисциплины;
одинокий как перст становится пуст и прост,
и сердце его податливо, будто глина.

осень еще золотит дома, но уже рукава натягивает на пальцы,
наставляет: ни о ком не жалеть, не привязываться, не возвращаться,
… показать весь текст …

время не то чтобы лечит, но цементирует намертво дни;
во всей вселенной ему интересны лишь мы одни:
от сердца к сердцу тянет оно золотую нить,
заставляет её на ветру звенеть,

отмеряет, сколько боли нам вздумают причинить
и сколько — любви,
чтоб эту боль стерпеть.