walkEd

Мои танка (японская поэзия)

В зелени травы,
Щекочащей коту яйца
Кот, не знающий унынья
Вижу мысль его… она-
Будет ли сегодня мясо?..

Варфоломея руки часто были чем-то заняты — то ключей связка мелодично позвякивает, то чайник путешествует из печи ко столу, то просто по карманам шарят в поисках интересного — и поэтому бороду часто приходилось чесать обо что придется. Если бы не известные насекомые, в изобилии населявшие сей его предмет, можно сказать любимый, то борода, пожалуй, так часто его бы и не беспокоила. Но жизнь так устроена, — часто думал бородач и в очередной раз прикладывался бородой то к дверному косяку, то ко сто…
… показать весь текст …

— Он любил исследовать психику. Очень любил. Дас. Но у него не было эталона полностью психически здорового человека, понимаете? То есть он как бы был, когда-то… его даже специально заспиртовали, чтобы… ну вы понимаете. Так вот. В последнее время время сильно ускорилось… гм, тавтология, однако… Дас. Ага, время, так сказать начало лететь, как твой Шарик на бульдозер… И эталоном стал уже менее нормальный человек, позже — еще менее. Теперь, с точки зрения того еще времени, времени первого эталона, другими словами — эталонного времени, нынешний эталон — вообще полный идиот. Но нам приходится от него отталкиваться и …
— Коллега, вы же говорили «он», теперь «нам». Как вас понимать?
— Ах, коллега. Говорю же — нынешний эталон полный идиот, ну просто какой-то олигофрен ((. Чего теперь от нас требовать? Вот теперь только себя и исследуем — и нам работа, и вам интересно. Вы кстати из какой палаты будете?
— Да я не буду, я уже есть.)
— Дасс… Коллега… А хотите быть нашим новым эталоном?!!)

Глядя в зеркало я всегда вижу себя. И это нормально.
Я мог бы на этом и закончить фразу, но есть нечто большее.
Я могу однажды не увидеть своего отражения, и будет ли это означать, что меня нет — непонятно, ведь я же смотрю. Но если нет отражения — значит никого нет? Чье же сознание осознает отсутствие отражения? Мне хотелось бы однажды оказаться с той стороны зеркала, и, будучи собственным же отражением, заговорить с собой, подошедшим к зеркалу. И когда однажды отражение мне скажет «Ну здравствуй» — я буду знать — это я, наконец, могу честно поговорить сам с собой.

Все говорят о книге жизни, будто что-то в ней понимают. Все говорят о смысле жизни, да без толку. Все говорят о настоящем, но живут иллюзиями.

Мысль, что не имеет смысла, напоминает коромысло — и бросить надо бы, и донести хочется.

Учительница:
— Дети! Вы все полудебилы!
— …
— А ты, Кузьменко, полный дебил!!!
Дети:
— Га-га-га-га!!!

— Доктор, с моей собакой что-то не так — она все время слушает шансон.
— Странно… Но она же никого не кусает?
— Нет. Но когда пассажиры просят выключить — она гневно бросает в них компакт-диски и выгоняет из маршрутки !

— Значит ты хочешь в качестве наблюдателя отправиться на планету Земля. Я тебя правильно понял ?? !
— Да, совершенно верно.
— Знаешь ли ты, что там есть чудовищный эгоизм, взаимонепонимание, болезни и смерть ???
— Да, но там есть и любовь, прекрасные люди, природа… и просто фантастическая музыка.
— Там постоянно идут войны, они там едят мясо — о чем с ними можно договориться, да и вообще говорить?!! Ты сумасшедший, если хочешь отправиться туда! Ты погибнешь!
— Что ж… пусть… Но я хочу все это испытать, и попытаться людям помочь. Люди — самые интересные существа во вселенной, не зря же со всех галактик туда летают экскурсии.
— Опасные экскурсии, заметь, очень опасные… Что ж выбирай имя, и где желаешь родиться?
— Имя мне дадут родители… Пусть это будет гористая местность, чтоб вблизи было и море, и равнина… Пожалуй, Галилея подойдет. Благослови, Отец.

Бой с сильным соперником может окончиться поражением. Но настоящий боец, даже проиграв, навсегда останется в нашей памяти.