Татьяна Орлова Славянская -2

Когда б не ты — мне быть сухой пустыней,
где плывунами зыбкие барханы,
опутанность тоской, как паутиной,
и скука неподкупною охраной.

Когда б не ты — то полог мрачной ночи
день не сменил малиновым рассветом.
И демиург волшбой не напророчил
ромашковое солнечное лето.

Когда б не ты — мне пить вино забвенья,
на птичьем щебетать, язык забывши.
И плыть без смысла пагубным теченьем
сквозь сны чужие рыбою остывшей.
… показать весь текст …

Мы мёртвое зерно на выжженной пустыне.
Кто сеял, тот и знал — пустое… не взойдёт…
Небесный циферблат, две стрелки ощетиня,
отцифровал приказ — да пусть уже сгниёт…

Что смерть, она давно — забава, не потеря.
Прокручивает бес сансары колесо.
Раскрывши глупо рты, наивно в сказки верим.
На том конце — игра. И вовсе не в серсо.

Расчёт всегда простой — появится замена,
когда сметёт потоп и грешных, и святых.
И будет строить бог-конструктор ойкумену
уже за сорок дней, призвав мастеровых.
… показать весь текст …

Туманный вечер — маг и чародей
воспоминаний давних полустёртых.
Он в ночь хватает истово за горло,
как в подворотне истинный злодей.

Нет, не поможет древний амулет,
сверкающий подковой — чем не мушка?
Вдруг замираешь пуганой зверушкой —
как будто время держит пистолет.

На пальце бледный оттиск от кольца
почти неразлечим, но так он давит
крутым витком голодного удава,
что кровь приливом в старый след рубца.
… показать весь текст …

Мы знакомы давно. Может тысячу лет. Может две.
Девять жизней за нами… А может — одна не дожита.
Тонны яблок надкушенных спят в порыжелой траве,
Но всё тем же… всё тем же звучит перепевом сюита.

И душа твоя волчья всё так же свободой полна…
И всё так же моя по характеру — рыжая… лисья…
Ни любовница я для тебя, ни сестра, ни жена…
Но по следу веками, как только тихонечко свистнешь.

Гнать лесами привычно: лететь по холодным снегам,
Пить озёр нескончаемых серую мёртвую воду…
Зная, лет через сто Бог укажет дорогу в ашрам
Где-то там… на окраинах ветренного небосвода.
… показать весь текст …

Не считывай меня — загадки нет.
Всё просто. Никакой особой тайны.
Два встречных взгляда не мишень. Случайность.
Но у кого-то, точно, пистолет.

Финал на третий акт. Был Чехов прав.
Джульетта и Ромео просто сказка.
Но как печальна присказки развязка —
домоклов существует для расправ.

Уйду внезапно — даже не ищи.
Не жги вопросами. И я не буду.
Покров срывая, рвёшь на части чудо.
Храни молчание. И не взыщи.
… показать весь текст …

Неспящий город вечной сценой —
не Третий Рим, Москва всего лишь,
где всё бурлит беспечной пеной,
где сам себя толпой неволишь.

Сезон изысканных томлений —
вновь небо бархат стелет в ноги.
Фантасмогория явлений
в сентябрьском порыжелом смоге.

Все лица — маской Гая Фокса.
Так на кого идёт охота?
Затейливые парадоксы —
вчера ловили Бегемота.
… показать весь текст …

Я знаю — ты сумеешь… Научи
по капле в день свой мир не узнавать.
На дно реки швернуть бы мне ключи,
закрыть надолго старую тетрадь

с пустой страницей. Есть всему предел —
исписана молчанием души,
запутанной лианами омел…
Затихли бурь и вихрей мятежи.

Проигран бесу звучный псевдоним.
Хранит беспечность памяти архив.
В глубинах засыпающий гольфстрим.
Стал свет в окно медяшкою фальшив.
… показать весь текст …

Мы уснём в Марракеше… В долине Атласских гор
с нами вместе уснёт догорающая эпоха.
Диск луны восходящей как есть, золотой луидор —
замираем в восторге: ни выдоха, и ни вдоха.

Вдруг покажется так уже было сто лет назад:
городов карнавал, мы с тобой в них неуловимы.
Просыпались и каждый безумно был счастью рад,
что у каждого то же, — вошедшее в вечность имя.

Сотни лет засыпает эпоха, а с нею и мы,
сохраняя природное вечное равновесье
сочлененим пальцев в замок, тел горячих тьмы…
Безупречен обряд, — ад и рай как в библейской пьесе.
… показать весь текст …

Пей без стеснения мёд, с ним и яд ночей.
Шпагами утро казнят — всё законно! — стрелки.
Будни раскроют иные «объятия» — велком…
Поторопись… Время — тот ещё казначей.

Что не успеешь — то в горестный эпилог.
Не промахнись, так отчаянно в жизнь влюбленный…
Пробуй свой мёд — пахнет миррою и лимоном.
Красной строкой закрути-замути пролог.

Память всё спишет. А бог, посмеясь, простит —
сам же рецепты для счастья раздал беспечно.
Всё обнулится… Всё временно… Быстротечно.
Пулею время. И по’зднее — «Каак болиит…»

Была в гостях и предложили кофе.
Ну так пришлось, что был лишь растворимый.
Но если кофе день и ночь любимый —
без разница какой. Не катастрофа.

Призывно булькал кипяток. Манили
эклеры, сливки, тростниковый сахар.
И тут дала заведомо я маху —
посмела выйти из чужого стиля

или из правил — так ли это важно?
А быть точнее — всё же ритуала:
я в кипяток пять ложек накидала,
в конце лишь кофе плюхнула отважно.
… показать весь текст …