Дождь плакался в своей мольбе
На одинокость и усталость,
На то, что друга не досталось
Его измученной судьбе.
«А я ведь так могу любить:
Могу быть ласковым и нежным,
И щедрым быть могу безбрежно,
Но не с кем жизнь мне разделить».
На уговор мой: «Не грусти!» —
Он то и дело порывался,
Слезами мне в окно стучался:
«Мне плохо одному, впусти!».