Сергей Протасов

Я русский. Но попробуй докажи (себе, а не кому-нибудь другому), что степи и леса — не миражи, и что не сон мои раскаты грома. Я русский. Признаваясь со стыдом в причастности к бессмысленной затее, я всё равно благословляю дом, которого нет горше и святее. Я русский. Я потомок крепостных. Я тёмный глаз из-под овчинной шапки. Клеймёный тать со стругов расписных. Гость виселиц, занозистых и шатких. Я русский — и в своей неправоте, и в жажде неоправданного риска. В лучах любви. В расстрельной темнот…
… показать весь текст …

Я помню руки бабушки моей
Прожилки их, и пятнышки, и тени
Как карты неизведанных морей
Исчерченные шрамами течений

Как волны белые, обнявшие меня
И схлынувшие в бездну невозвратно
И я живу, под веками храня
Их тёплый свет, прожилки их и пятна

Я падал в грипп, метался и кричал
Тонул как лодка в набежавшем стоне
И вдалеке мне чудился причал —
На жарком лбу прохладные ладони
… показать весь текст …

Я музыку люблю за свет и за печаль
За синие глаза и тоненькие плечи
За то, что темнота, глумясь и хохоча
Её простой души вовек не покалечит
За потаённый гром и за тягучий мёд
За то, что там внизу — где облака и крыши —
Беспечная земля как ария плывёт
И музыкой одной она живёт и дышит
За то, что мы с тобой — волхвы и простаки —
Бесчувственны, грязны, корыстны и телесны —
Склоняемся к любви, как к Моцарту смычки
И смотрим ей в глаза, не опасаясь бездны
За нежности, пока растёт девятый вал
И еле слышный пульс свою морзянку мечет
… показать весь текст …

Когда знаменитый писатель Вениамин Каверин только приступил к наброскам плана «Двух капитанов», его старший брат Лев Зильбер выл от боли, получая удары коваными сапогами под ребра и корчась на каменном полу Бутырки. Из него выбивали признание в намерении заразить Москву энцефалитом через водопровод. Это был второй его арест. Первый раз вирусолога Зильбера арестовали в 1930-м «за распространение чумы в Советской Армении», сразу после того, как он победил страшную эпидемию этой болезни в Нагорном…
… показать весь текст …

Я приходил за правдой к алтарям
Во тьме наук искал её скрижали
Я сотни лет в дороге потерял
К тому, что оказалось миражами

Но истина являлась мне всегда
Не там, где вычисляли или пели,
А в бездне страсти, в таинствах труда
В сетях любви, у детской колыбели

Она была доступной и простой
Открытой и отшельнику, и хаму
И вопреки учёности пустой
И в пику переполненному храму
… показать весь текст …

Когда ты вдруг покончишь с чистотой
Как суждено, в начале средней школы
Когда чужие мысли на постой
Придут на ум под видом правды голой

Когда сомненья станут добивать
Твою любовь как загнанного зайца
И простоты сиятельную стать
Затмит собой сутулое всезнайство

Тогда остановись и посмотри
На звезды, проплывающие мимо
И согласись, что у тебя внутри
Нет ничего, помимо слёз и дыма
… показать весь текст …

Ты будешь петь негромко, но фальшиво
Насвистывать бравурную фигню
Пока горячки шестирукий Шива
Как связку дров несёт тебя к огню
Сквозь сна тяжеловатое балетство
Больничных стен одолевая крен
Ты разглядишь отчётливое детство
В прологе скучной книги перемен
Там всё так ярко, так неоспоримо
Так искренне, так живо, так легко
Как одуванчик на руинах Рима
Пока он юн, а ветер далеко
Ты вспомнишь верность материнской ласки
Трофейный нож, подаренный отцом
… показать весь текст …

Наверное, в поездках смысла нет,
Когда понятна общая картина —
В конце концов, единственный билет
До станции «Кладбищенская глина»
Нам выдан в кассе равнодушных звёзд,
И в точку уходя мало-помалу,
Вагончик-жизнь, куда бы нас ни вёз,
В итоге, к одному придёт вокзалу…
Но похотью к походам мы грешим —
И мечемся по глобусу как бесы,
Хотя, — что Акапулько, что Ишим —
Лишь задники одной и той же пьесы.
Не сетуя на трудности пути
Между рассветом и вороньим граем,
… показать весь текст …

…и ты летишь. Сквозь это лето. Зной
Над водами. Сквозь гомон тесных улиц
Над городом. Над полем. Над страной
Над теми, кто ушли. И кто вернулись
Над трезвыми. Надравшимися вдрызг
Счастливыми. Над черными от горя
Над клином журавлей. Над стаей крыс
Над остриями гор. Над бездной моря
Ты видишь как кругла теперь земля
И так легка, что, кажется, бесплотна
Она летит. И ты летишь. И я
И музыка, и храмы, и полотна
И строки, не написанные мной —
Потерянные в душной дешевизне
… показать весь текст …

Джоэл Силверман немного устал. Как-никак, целая неделя за рулём. Сначала из Хьюстона в Атланту с грузом мороженой телятины, потом из Атланты в Вашингтон с полным рефрижератором крокодильего филе, из Вашингтона в Филадельфию с контейнером сигарет, из Филадельфии в Балтимор порожняком, оттуда со ста пятьюдесятью ящиками свежих крабов в Атлантик-Сити, потом в Нью-Йорк — забрать из порта шесть тонн тунца и сразу же рвануть прямиком на границу с Канадой на склады сети супермаркетов Костко. Напарника…
… показать весь текст …

Купите счастье, если сможете,
Хотя бы метр его материи.
Баланс из «нажито» и «прожито»
Даёт убыток в бухгалтерии.

Купите счастье — не за золото,
А за мозоли и страдания,
За сердце — то, что вдоль расколото,
За неизменность мироздания.

За расставания и хлопоты,
За хрупкость дружб и нежность осени,
За бред в подушку — жарким шёпотом,
За нищенское небо босое.
… показать весь текст …

Я включил диктофон, задал первый вопрос и… стал рассматривать подошвы его ботинок. VIP полулежал в кресле, закинув ноги на роскошный дубовый стол прямо на уровне моих глаз. Головки медных гвоздей сияли на фоне черной дубленой кожи словно звезды под куполом планетария. Как и положено божеству, VIP при ходьбе попирал свое персональное небо.

Говорил он, снисходя к моему смертному несовершенству, — дружелюбно, но храня на лице выражение благородной брезгливости. Я давно заметил, что, уходя ввысь, р…
… показать весь текст …