Александра Мисанова (Кукла Саша)

от ветра защитит поднятый ворот —
под ним таится черная дыра

и я в нее заталкиваю город,
в котором завтра хуже, чем вчера.

говори, говори, это будет конец всему —
разговоры ведут в нутро эпохальной драмы.
что-то явно не то, что нужно, случилось с нами:
человек уподобился выжженному клейму.

и болят переходы, плакаты, дома, кольцо,
разрисованное по контуру черно-белым —
это память играет с нами, не зная меры:
в каждой новой любви я вижу твоё лицо.

бывает звонкой пустота
и громогласной.

а жизнь — чужая, жизнь не та,
и чья неясно.

Ты — безнадежность моих океанов,
мертвенность устьев рек.
Я для тебя «кем-нибудь» не стану,
милый мой человек.

Я превратилась с годами в вакуум,
капище пустоты.
Столько отличных, чудесных, лакомых —
жаль, что они не ты.

Я превратилась с годами в улицы —
небо, дома, земля.
Сколько с тобой их — смеются, жмурятся —
жаль, что они не я.

завтра растает март

завтра растает март и придет другой,
годы сотрут дурашливость и весёлость.
нас не ломают — медленно гнут дугой,
я заливаю душу в грудную полость.

небо роняет капли — лови же, ну!
март прохожу в режиме канатоходца.
я предлагаю завтра сыграть в весну,
нам ничего больше не остаётся.

то корю себя, то себя жалею,
то мне много радости, то беды.
я могу смеяться с петлей на шее
и умею плакать от ерунды…

чем закончится всё — было ясно почти изначально —
до пустых обещаний и злобы словесного шквала.

почему же тогда все слова бесконечно печальны.
почему же тогда я так д о л г о тебя забывала.

Варишься в усталости до бреда,
а потом про это видишь сны…
Новый день — огромная победа
и… начало маленькой войны…

сколько зим, непохожих на зиму, ушло в никуда?
сколько лиц растворилось внутри безупречного круга?
после тысячи нет обязательно следует да,
если дом — там, где сердце, живите в сердцах друг у друга.

говорят, людям следует верить —
не советую.
сжав кулаки,
оставляйте закрытыми двери
и почаще меняйте замки.