Александра Мисанова (Кукла Саша)

я пью таблетки за час до сна, хожу
пешком и волнуюсь мало.
проблем немного:
— кровит десна
— набойки стоптаны
— нас не стало.

и днем с огнем не сыщешь человека
среди пустой душевной мелюзги:

а жаль, что в нашем прогрессивном веке
нет способа наращивать мозги.

но каждый получит свое по заслугам
и славу
и деньги
и хлеб
и вино
а те, кто не раз предавали друг друга —
отличное
вечное
ничего.

У меня нет особой выправки и породы,
я живу, как получится, то есть от случая к случаю.
В мире, где крест на футболке стал писком моды,
я останусь никем. И, кажется, это к лучшему.

не то что бы я боялась терять людей,
ключи кошельки, лицо, телефоны, клатчи…
но если мой друг поверит во «всё окей»,
боюсь, я тогда не выдержу и заплачу.

прошлое

я лежу на полу.
весна.
и мой город хрипит простужено,
пустота говорит привет, «всё-со-мной-хорошо» -режим.
так легко покидаем тех, кто когда-нибудь были нужными,
как болезненно помним тех, кому не были мы нужны.

мерный стук по холодным клавишам, телефонных звонков проклятие,
меццо-морте гудков сирен, запах дома, весны, такси,
я стою под твоим окном, неприкаянный, как на паперти,
я вытягиваю ладони, но не знаю чего просить.
… показать весь текст …

ты удивителен, прост и вечен, время стекает, оно — вода,
я обнимаю себя за плечи — резко врываются холода.
ты улыбаешься, словно лето бьется в заснеженное окно.
дело вообще не в погоде, это
чувство, когда
от тебя
т е п л о.

анализировать чувства и измерять:
самая нерешаемая
задача.
мне с тобой рядом не хочется умирать,
а это, поверь, достаточно много значит.

слова произносимые — легки,
острее взгляды, горячее пламя,

когда становится касание руки
дороже денег, золота и камня.

подоконники, крыши, бетонные блоки,
кофе тёмной обжарки, сверхтонкий помол.

по утрам из метро выползают морлоки
и идут досыпать за свой офисный стол.

те, кто выживут — вечером вымоют лица
остро пахнущей хлоркой проточной водой,
включат фильм и закажут гавайскую пиццу.
пусть они обязательно будут не мной.