Евгений Гуляковский

«Ну что тут у них, диктатура? Рабовладельческое общество? — почти весело думал Ротанов. — Не верю я в это, несмотря на все теоретические изыскания Горюнова. Люди двадцать третьего века не могли до этого докатиться».

… безвыходных положений не бывает, всё зависит от цены, которую ты готов заплатить для изменения ситуации…

— Мне удалось установить, какие блоки Центавра несли основную нагрузку. —Кирилин замолчал, всматриваясь в их искаженные тревогой лица.
Лонг отчетливо слышал звук секундомера на центральном пульте. Ему казалось, что это какой-то гигантский метроном отсчитывает последние, еще оставшиеся им для разумного решения секунды.
— Продолжай, я слушаю, — сухо бросил Рент.
— Эти блоки содержали в себе данные по лингвистике, структуре и словарному запасу нашего языка. В передаче были задействованы только они. Кто-то готовится к разговору с нами!

-Кристаллоконды двух автоматов в группе Кленова оказались измененными, в их структуре произошли некоторые сдвиги, и вместо стандартного отбора образцов кибы покинули квадрат работ, самостоятельно переместились в группу энергетического резерва и там…

Послышался смех, кто-то спрашивал у Кленова, чем он насолил своим кибам, кто-то интересовался у энергетиков, зачем они сманивают чужих роботов.

Наши желания стоят немногого, пока внутри нет силы для их осуществления.

Есть дороги, которые мы выбираем, а есть те, которые выбирают нас и ведут в одну сторону.