Галина Каюмова

Я рождена в СССР,
Тогда деревья были выше,
«Стройнее» девичий размер,
Милее голуби под крышей.

За пятачок стакан «Ситро»
Вприкуску с золотистой булкой.
Пока в диковинку метро
И безопасны переулки.

Ещё из мяса колбаса
И дефицитные сосиски.
Чуть ниже пояса коса.
И живы все из самых близких.
… показать весь текст …

Я пробую мир на вкус…
У сплетен ванильный запах.
Пряный оттенок у чувств:
У ревности — горький и затхлый,
Ментолом любовь отдаёт,
А безрассудство — корицей.
Месть — для коктейлей лёд.
Тревога — со вкусом пиццы.
Ненависть — терпкий миндаль.
Привкус полыни у грусти.
Надежда — китайский чай…
И лишь пустота — безвкусна.

В планах на осень — перелистнув сентябрь,
В стопку собрать страницы. Сразу все тридцать.
И не читая, с полки смахнуть октябрь.
А к ноябрю тихонечко возродиться.

Ляжет на землю белый пушистый снег,
Чтобы укутать грусть и укрыть сомненья,
Чтобы осенний мОрок свести на нет
И послужить источником вдохновенья.

За ноябрём неслышно придёт зима.
К лету опять протянет весна дорогу.
Впрочем, с зимой я справлюсь уже сама.
Вот с сентябрём бы кто-то помог немного.

Бывают дни, которые добры.
Отринув календарь, сбивая даты,
Душа опять становится крылатой,
Вбирая мощь подаренной поры.

В такие дни синеет небосвод,
А солнце льёт лучи светло и дерзко.
И ветер снова ласковый, нерезкий.
И рвётся круг обыденных забот.

И на границе ночи и зари
Становится так просто и понятно,
Что яркий свет и сумрачные пятна,
Восторг и боль — они всегда внутри.

Консервирую лето в стихах и цветных фотоснимках. Запасаю вперёд послевкусие солнечных дней. Мариную, морожу, сушу и мочу по старинке не компоты-соленья-варенья, а то, что ценней.
Консервирую лето: пытаюсь создать панацею от промозглых ночей и колючей осенней тоски. Безнадёга-хандра, без лица и без видимой цели, не отпустит, так, может, на время ослабит тиски.