"Адские сети, адские козни были устроены против Пушкина и жены его"-Вяземский
Продолжение #862287 #861995 #861994 #861997
Это НЕОБЪЯСНИМО: будто Александр Сергеевич не мог поделиться с друзьями.И они верили иностранцам.Кажется дело не только в том, что он берёг честь жены, было ещё: боялись Нессельроде (см.первую ссылку).Тютчеву же можно верить. Но тогда Дантес был штатным провокатором.http://maxpark.com/user/A334753124A/content/562339
Так люди (первый каюсь я)
От делать нечего друзья.
Но дружбы нет и той меж нами.
Все предрассудки истребя,
Мы почитаем всех нулями,
А единицами — себя.
Мы все глядим в Наполеоны;
Двуногих тварей миллионы
Для нас орудие одно;
Нам чувство дико и смешно.
А. С. Пушкин
4 ноября (с.с.) 1836 г. утром на квартиру Пушкина в доме Волконских («…на Мойке близ Конюшенного мосту…») было доставлено три конверта с анонимными письмами.
В этот же день еще четверо друзей и знакомых поэта (Вяземские, Кара…
"Зависимость жизни семейственной делает человека более нравственным" А.С.Пушкин
«Знаете, каким он парнем был?»
«Ах, он любил, как в наши лета
Уже не любят; как одна
Безумная душа поэта
Еще любить осуждена…»
А. С. Пушкин
Летом (1836)Пушкина в городе почти не видели. В обществе он не бывал. «Я в трауре (смерть матери) и не езжу никуда», — отвечал он на все приглашения. Под предлогом траура он не явился даже на петергофский праздник в честь дня рождения императрицы (это запомнили).
Поэт общался в это время лишь с немногими знакомыми и близкими друзьями. О встречах с Пушкиным летом 1836 г. до нас дошло в…
10.02-день памяти. Почти ровно 180 лет назад начался квалифицированный, глубоко эшелонирований троллинг семьи А.С. Пушкина. – Первое письмо Дантеса(публикация Труайя) – от 20.01.1836 по с.с. (об отказе ему 23 летней Натальей Николаевной).Потом было всё: и гнусные анекдоты, и давление иностранного дипломата, и анонимка дипломата, и подставы, и извинения, и снова и снова, в год смерти матери, на фоне жестоких финансовых неурядиц, на фоне недовольства верхушки одой «Выздоровление Лукулла».
Графиня Фикельмон, по-видимому, очень точно охарактеризовала реакцию Пушкина на распространившуюся клевету: «Пушкин, глубоко оскорбленный, понял, что, как бы он лично ни был уверен и убежден в невинности своей жены, она была виновна в глазах общества, в особенности того общества, которому его имя дорого и ценно. Большой свет видел все и мог считать, что само поведение Дантеса было верным доказательством невинности госпожи Пушкиной, но десяток других петербургских кругов, гораздо более значительн…
