Я хотел бы ворваться на берег с огромной волной,
Подставляя волне заостренные сушей бока,
И разглядывать так, как должно быть, разглядывал Ной,
Этот берег, призвавший его, чужака, чудака.
Я хотел бы создать то начало далеких эпох,
Где все твари — по паре, а я непременно один —
Не совсем человек, но при этом совсем и не Бог,
Всем живущим — товарищ, и лишь иногда — господин.
Я хотел бы, хотел бы, хотел, но, увы, не могу —
Мало сил, да господнее слово не липнет к устам,
И стою, как непонятый Ной на пустом берегу,
А все твари по паре давно разбрелись по кустам.
