Владимир Баграмов

«О моих детях говорить нет смысла, они выросли, самостоятельны и, придет время, расскажут о себе сами.»

Владимир Баграмов

Боже правый в небеси! Что хочу — меня спроси,
чем живу, куда спешу, в чем я каюсь и грешу,
где у радости исток, где земных страстей итог,
чем жива добра лоза, где у подлости глаза?
Почему у врат твоих гнева колокол затих,
почему же злой народ дольше доброго живет?

У дороги нет конца, у завистника лица,
а к порогу твоему всяк приходит — почему?
И убийца, и поэт, всяк к вратам находит след.

Боже правый, в небеси! Чашу счастья поднеси,
дай тревог, возьми покой, дай бессонницы с тоской,
дай мне, Боже, столько сил, чтоб друзей не пережил,
… показать весь текст …

Смерть — это спячка после драки.
Сомнений жизненных итог.
Душа моей больной собаки
приходит охранять порог.

Как будто в сборах на охоту
от возбуждения дрожит, —
ей вечно кажется, что кто-то
меня обидеть норовит.

Неверный свет луны размажет
в напряге замершую тень.
Она у ног моих приляжет,
когда наступит Судный день.
… показать весь текст …

Как бесконечна и прекрасна жизни лента,
как часто рвем ее на беды сгоряча.
На чистых улочках полночного Ташкента
поют фонтаны до рассветного луча.

Когда-то время было — чистые, тугие
Лицо прохладили ветра с семи морей.
Мы были в юности совсем-совсем другие,
наивней, проще и немножечко добрей.

Друзья уходят, к ним вовек не достучаться.
Скатилась юность, как вечерняя звезда.
Быть может, завтра мне в дорогу собираться
к конечной станции, где плачут поезда.
… показать весь текст …

Спой тихонько песню о Рязани,
там щемящей юности приют.
Говорят, что там грибы с глазами,
на березах бублики растут.

Там, на пнях, улитки греют спины,
поймы рек, заросшие травой,
там в кустах карминовой малины
заблудился пьяный домовой.

Можно, синь, тобой налюбоваться?
Мы уйдём, но будет всё, как встарь:
пчелы с липой сладко целоваться,
не погаснет месяца фонарь,
… показать весь текст …

Я буду приходить по ваши души
и сниться вам, подонки и воры,
мне ненависть к убийцам горло сушит,
на небе, верю, точат топоры.
Стяжатели, лихие казнокрады,
насильники, маньяки всех мастей,
я верю — Некто скрипнет дверью Ада,
впуская внутрь без пропуска «гостей».
Забвенье есть — оно придет без звука.
Есть Высший Суд, что терпеливо ждет.
И будет вечно длиться ваша мука,
огонь возмездья души обожжет.
И слепнет день, я вижу корчи мира,
горит строка, и зла не победить.
… показать весь текст …

Я люблю тебя до дрожи,
как давным — давно мечталось.
Знаю, мысль тебя тревожит,
что немного мне осталось.

Не печалься, свет мой ясный,
лист стихов подальше спрячу,
но на облаке прекрасном
профиль милый обозначу.

Подкрадусь с ночною тенью,
лишь луны засветит плошка,
теплым дождиком весенним
постучу в твое окошко.
… показать весь текст …

Молва об этом шире год от года,
как носят слухи бабы в подоле, —
проклятье, мол, повисло над народом,
что прах вождя не отдан был земле.

И дом наш, как один большой Некрополь,
где призрак из конца в конец бредет.
Ему бы прогуляться по Европам,
а он в стране измученной живет.

И дело здесь не в памяти гудящей,
как яростная медь колоколов.
Мы жить устали в трудном настоящем —
без веры, без надежды и богов.
… показать весь текст …

Старый Питер. Бродят тени.
Свет Невы застыл в окне.
В лепестках хмельной сирени
Император на коне.

Удила зажал тугие,
вздыблен конь, дрожит рука.
Щемит сердце ностальгия —
о несбывшемся тоска.

Все слова о светлой доле
столько лет звучали зря.
Мы — слепые в чистом поле,
бродим без поводыря.
… показать весь текст …

Прабабушке
Матрене Максимовне Баграмовой

Время памяти кружево вяжет
год от года больней и больней, —
синева расплескалась лебяжья,
терема отражаются в ней.

Крутит маковки ветром бедовым,
сизый дым облетает жнивьё.
В слез потоках рязанские вдовы
рукоделье полощут своё.

Я как будто бы сплю в настоящем —
… показать весь текст …

Родился я утречком, роды шли по правилам.
Свет увидел — промолчал, что за зря блажить.
Пьяненькая нянечка мне чепец поправила
и вздохнула, раз молчит, трудно будет жить.

Сколько зим и сколько лет, что от Бога дадено,
тройкой шалой унеслись от моих ворот.
На приступочке сижу — синяки и ссадины,
да от сплетен и молвы окровавлен рот.

У гитары струны в ряд, звонкие, не пьяные,
вдоль по ним, да поперёк — пальцы босиком.
Ночь приходит, без стыда пляшут, окаянные,
видно, с Богом говорят от меня тайком.
… показать весь текст …

Мы у Бога доли не просили,
были в горьком выборе вольны,
брошены кукушкою Россией
в гнезда чужедальней стороны.

А теперь, конечно, всё в порядке —
голова с похмелья не болит,
можно жить красиво и в достатке,
и ходить гулять на Брайтон-стрит,

Наши неизбывные утраты
памяти позёмка замела.
Мы с тобой, мой свет, не виноваты
в том, что голова белым — бела.
… показать весь текст …

Спи, женщина! Мой ангел смотрит в окна.
Он на ветру порывистом продрог,
Рубаха неба от дождя промокла,
Шуршит вода по жести водостока,
Туман прилег собакой на порог.

Спи, женщина! Печаль проходит мимо.
Ты-идеал без шелухи одежд,
Бредем по веку, бедами гонимы,
Актеры жизни, судеб пилигримы,
Заложники сомнений и надежд.

Спи, женщина! Мы нежность пили вволю,
До дрожи рук, до судороги губ,
… показать весь текст …