Уильям Пол Янг

Человек, живущий нелюбимым — все равно что птица, лишенная способности летать… Боль подрезает нам крылья и лишает способности летать… И если она остается надолго, то ты можешь забыть, что был создан прежде всего для полета.

Оттого, что ты искренне веришь во что-то, это что-то не становится правдой.

Прощение нисколько не требует, чтобы ты верил человеку, которого прощаешь. Но если он признается и покается, то в твоей собственной душе свершится чудо, которое позволит тебе протянуть руку и начать строить между вами мост исцеления. И иногда — хотя сейчас подобное может показаться невероятным — эта дорога может привести тебя к чуду полностью восстановленного доверия.

Вера — это плод взаимоотношений, благодаря которым ты знаешь, что тебя любят.

Боль подрезает нам крылья и лишает способности летать. И если она остается надолго, то ты можешь забыть, что был создан прежде всего для полета.

Простить не значит забыть. Это значит перестать душить другого человека.

Нельзя прожить жизнь заново, но можно попытаться честно сказать себе, на каком перекрестке ты сбился с пути.

Прощение не порождает взаимоотношений. До тех пор, пока человек не скажет правду о том, что сделал, не изменит свой образ мышления и поведение, взаимоотношения, выстроенные на доверии, невозможны. Когда ты прощаешь кого-то, ты безоговорочно освобождаешь его от суда, но если не произойдут настоящие изменения, никакие доверительные взаимоотношения не установятся.

Очень трудно принять решение, когда не только его возможные последствия неизвестны, но и вся ситуация совершенно непонятна…

Сразись с боязнью выйти из темноты и расскажи, попроси прощения, и пусть прощение тебя исцелит. Рискни быть искренним. Когда ты снова запутаешься, снова попроси прощения. Это же процесс, жизнь достаточно реальна сама по себе, если ее не затеняет ложь.

Большинство поступков, которые нужно прощать другим и особенно себе самому, совершаются по неведению — очень опасному неведению. Причиняя друг другу боль, люди не всегда делают это сознательно. Чаще они просто не понимают, что можно поступить иначе.

Давай предположим, к примеру, что я пытаюсь научить тебя не прятаться во лжи. И предположим, я знаю, что тебе необходимо будет пережить сорок семь различных событий и ситуаций, прежде чем ты действительно меня услышишь, то есть прежде чем ты услышишь меня достаточно явственно, чтобы согласиться со мной и измениться. Поэтому, когда в первый раз ты не слышишь меня, я вовсе не злюсь и не огорчаюсь, я в предвкушении. Ведь осталось всего сорок шесть попыток. И этот первый раз является кирпичиком, который ляжет в основание моста, ведущего к исцелению, по которому в один прекрасный день, например сегодня, ты пройдешь.

Эмоции это краски души, они прекрасны и зрелищны. Когда ты ничего не испытываешь мир делается тусклым и бесцветным.

Если ты не способен видеть что-то, это не значит, что этого не существует…

Иногда слезы — лучшие слова, какие может высказать душа.

Человек, живущий нелюбимым — все равно что птица, лишенная способности летать.

Примирение — это улица с двусторонним движением. Не в природе любви силой навязывать взаимоотношения, зато в природе любви открывать им путь.

…старое надо сносить и возводить на его месте новое: чтобы произошло воскресение, сначала должно случиться распятие. Но Бог не отбрасывает ничего, даже самого дурного, что мы придумали и вызвали к жизни. В каждом доме, предназначенном на снос, есть много хорошего и истинного — оно оставляется и переплетается с новым; да новое и не может появиться без старого. Благодаря этому обновляется душа.

Ложь самое естественное убежище, куда бросается выживший. Она дает ощущение защищенности, это место, где каждый зависит только от себя самого. Однако местечко темное, правда? Но готов ли ты отказаться от власти и защищенности, какие оно тебе обещает? Вот в чем вопрос. Ложь — это маленькая крепость, внутри ее ты якобы в безопасности, чувствуешь себя полновластным хозяином. Из этой крепости ты пытаешься управлять своей жизнью и манипулировать другими людьми. Однако крепости нужны стены, и ты их строишь. Это оправдания для твоей лжи. Будто бы ты лжешь, чтобы защитить кого-то, кого ты любишь, спасти от боли. В ход идет все, что угодно, лишь бы тебе было уютно внутри твоей лжи.

Истинная любовь никогда не принуждает.