Аль Квотион

Почему я никак не могу поймать твои мурашки? Я бы хотел
Прижимать их губами в одуряющей духоте,
Из которой все — запах дома: сандал, череда, табак,
Из которой мне зрим человек: он прекрасен, печален и наг.
А теплая кожа — это карта мира в тысячи разных тонов,
И я называю твои родинки в честь земных городов,
Потому что здесь география моего абсурдного счастья,
Хотя вся эта кожа является только маленькой частью
Того, что больше всех карт, поверхностней, звездных атласов:
И мне зрим человек — абрис Бога и великого хаоса,
Человек, мной любимый — и это лишь крепнет с годами,
Человек, чьи мурашки я так долго ловлю губами.

СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА.
Почему так притягателен образ снежной королевы? А наивные живые Герды плачут у своего огня в одиночестве? Да, мы легко влюбляемся в далеких, гордых, жестоких фей зимы, мы пишем им стихи, посвящаем песни. Мы видим их в снах, мечтаем о них в фантазиях. Но живем мы с Гердами. Потому что мы стремимся к уюту, к комфорту, к теплым ручкам этих девочек, в которых отогреваемся от своих снежных королев. Мы живем с этими девочками, мы баюкаем их на руках, мы делаем с ними детей, мы любим …
… показать весь текст …

Я стану новым. Я раскрашу сны
Цветным стеклом разбитого рассвета,
Я стану злым, веселым и больным
Горячей правдой выпитого бреда
Любви и страсти, секса и стихов,
Дождя и света, павшего в ладони.
Я стану новым четкостью шагов
И строгостью уже иных агоний.
Я буду по другому целовать,
Слегка больней, чуть более жестоко,
Я научу созвездья танцевать
И расскажу о сладости пороков.
Я стану новым. Сильным? Может быть.
Соединившим вечность и минуту,
… показать весь текст …

Дождись меня в паре тысяч миль
или парсеков от этой точки,
где все кричит, будто мы — не мы,
где все прицельно, с размаха, точно.
Где бьют легко, легче только спать,
накрыв свой остов линялым снегом,
где каждый новый боеприпас
уже смертельно коснулся неба.
Дождись меня в паре теплых рук —
такая мера намного дальше,
дождись, когда я опять умру,
с последним словом довоевавши,
а после сплюну и закурю
с ухмылкой черта и ликом Будды,
… показать весь текст …

Так холодно… Нет, это не погодное,
не климат, не сезон, не ртуть в стекле,
а просто мир стелился раньше нотами,
теперь же стал грязнее и грустней.
И холодно — какое-то духовное
предчувствие Борея и борьбы,
а, может быть, темнеющей за окнами
бессмысленной, безрадостной судьбы.
мы гоним этот холод — и он катится
как будто бы по всей Земле,
во всем
лишь снег и снег,
ни четкости, ни разницы.
клянемся мы в тепле и снег клянем,
… показать весь текст …

.
Дожди придут в протянутые руки,
Ворвутся в окна, разметают скуку,
Смешают взгляды, разольются в звуке,
Затопят дни печали и разлуки.

Дожди придут. И будут падать листья,
А города раскроются зонтами.
Мы спрячем души, мы укроем лица.
Дожди станцуют небо между нами.

Мы на двоих разделим их с любовью,
На вкус узнаем в долгом поцелуе
Пусть станут они новым предисловьем
… показать весь текст …

Скажи, ты веришь в этот людный город,
в метро,
в такси,
В блуждание без смысла?
Молчи.
Ты слышишь внутреннее море?
Его прилив — единственная истина.
И он сметает прежнюю реальность:
Вот тонут книги и многоэтажки,
Смотри, как небо тонет гениально
и страшно…
Исчезнет все, придуманное нами.
И остается только твоя кожа —
Такая — главная сейчас, такая — самая,
… показать весь текст …

Ты меняешь в себе сезоны.
Я пишу:
Дорогая Лета,
Грозовая моя, озоновая,
Пересмешница перегретая,
Я немного устал от жаркого,
Но в тебе открывая земли,
Мне ни дня своего не жалко —
Целовать эту зрелую зелень.
Я пишу:
Дорогая осень,
Получил твою грусть по почте,
И мальчишки-дожди без спроса
Прибежали и заморочили,
… показать весь текст …

Вот и все, что осталось — ресницы травы у ноги.
Я считал эту землю лицом, целовал ее в губы.
Я родился и был как она — молодым и нагим,
время больно ударило в грудь, сделав тщетным и грубым.
Вот и все, не осталось плодов ни любви, ни труда,
словно был я не срубом избы — сквозняком на дороге,
словно все свои годы бездумно стремился туда,
где трава поднимает свой шум изумительно долгий.
Вот трава, это все, чем осталось еще дорожить,
что пока еще трогает кожу несведущей лаской
и способно хотя бы случайно коснуться души,
защемить красотой и внезапно заставить заплакать.
Вот и все, вот и все, вот трава, я ложусь на нее,
я когда-то был тоже травой, я дышал ее звуком,
… показать весь текст …

Положи мне руку на спину между лопаток — там сильно болит.
Вылупляются, что ли, крылья или просто сердечное отдаёт?
Или сломан хребет? Потому что во мне проходят такие бои,
Из которых никто не выходит живым — и вся рота вдыхает гибель в открытый рот.
Положи мне на спину руку и вспомни: мальчишка, разбиты губы, кругом полынь,
Несуразный мальчишка — обижен, яростен, весел, замкнут,
И карманы рубашки плотно жёлтым песком полны,
Потому что я всегда уносил с собой и пытался сберечь свои замки.
Все си…
… показать весь текст …