Куда уходят смс?
А может, важен сам процесс?!

Человек — это не единственная дорога для обезьяны, но обезьяны выбрали стать человеком, потому что всегда есть обратный путь.

История не знает утешительных выводов.

После того, как один депутат перечитал Достоевского, вышел новый закон: «Студентам топоры не продавать».

Раньше мы боролись за правое дело, теперь боремся за левое дело, но Земля круглая, поэтому ничего не изменилось. Человек — это букет подавленных желаний. Волки с овцами не чаёвничают. Жизнь — это игра с законом подлости, нарушить который не получается никогда.

Человек — это существо в ковычках, у которого никогда не получится себя расковычить.

— Девушка, а можно с Вами познакомиться?
— И делов-то? Не вопрос!

— «Я тебя вероятно люблю," - так признаются в любви математики.

— Никогда не думай! Я не знаю, как отличать «стоп-слова» от случайных мыслей! — сказал мне цензор.
— Как не думай? Никаких стоп-слов не существует! Текст это речь! Я добрый, нежный и честный и любые слова ни о чем не говорят!
— Нет! Стоп! Если я замечу стоп-слово — сразу бан! Лучше не думай! — предупредил цензор.
— Как не думай? Что за цензура такая неадекватная? — сказал я.
— Я знаю, что ты думаешь по шаблонам, но если тебе придет на ум негативный шаблон — сразу бан! — сказал цензор.
— Но я же…
… показать весь текст …

Опять не найдена любовь.
Мне пишут: нет такой страницы.
Я набираю wwwновь и wwwновь…

Жизнь состоит из бесконечного количества любых бессмысленных совпадений, от которых мы неминуемо бы погибли, если б жили в более совершенной действительности.

— Девушка, а можно с Вами познакомиться? — произнес молодой человек, стараясь придать своему голосу уверенности. Он был уверен, что его слова звучат обворожительно, как музыка, но в ответ услышал только шипение:

— Ты что? Никогда! Руку из-под юбки убери!

Она отстранилась, и в её глазах мелькнуло нечто, что можно было бы назвать смехом, но это был смех печали — легкий, как утренний туман, который с лёгким движением ветра рассеивался, оставляя только холод.

— Ааааа? — пронеслось в его голове. О…
… показать весь текст …

Я убил человека.
— Не верю! Ты не чертя!
— А я и не говорю, что я чертя!
— А зачем врешь, что убил человека?
— Это по Достоевскому, я писатель, это первая строчка моего будущего романа.
— Ааааа! Это роман про чертя!
— Не знаю, я еще думаю, каким будет мой герой. Но с чертами Раскольникова.
— Так и назови свой роман — «Чертя».
— Спасибо! Хорошая идея!

Я убил человека.
— Ты чертя!
— Да нет. Это я Раскольникову подражал. Как у Достоевского в «Преступлении и наказании», я писатель.
— А зачем строишь из себя чертю?
— А это такой комедийный прием. Соединение двух разных контекстов, двух разных сфер.
— А, значит, если ты убил человека — ты чертя, а если ты писатель, то ты человека не убил, а подражал достоевскому. В этом твой прием?
— Конечно! Я прежде сказал что убил человека в одном контексте, а потом в другом контексте оказалось, что я писатель.
— Круто! Ты комик!

Любую мысль можно раздуть так, что она лопнет.

Я убил человека.
— А как бы переделать этот афоризм так, чтобы ты правда человека убил? — сказал редактор.
— Ну ты редактор, ты и переделывай! — засмеялся я.
— Старух соседских всех знаешь?
— Некоторых.
— Ну если ты правда Раскольников, найди зажиточную старуху.
— А дальше?
— Будет день, будет пища! Сначала старуху ищи!
Мы с редактором решили написать роман — подражание Достоевскому, по мотивам Раскольникова. Идея — первая строчка — я убил человека — моя, а дальнейшее развитие событий взял на с…
… показать весь текст …

Мерещится. Мерещится. Правда. Мерещится. В темноте мерещится.