Менделеев в пробке — философский парадокс,
На улице его имя, в мыслях — атомов поток.

Во всём человек отображает самого себя, а Господь Бог — человеческий образ, увеличенный до размеров вселенной и наделённый исключительным разумом и могуществом.

Муха Эзопа на ногу села,
пятью глазами посмотрела,
хотел прихлопнуть мухобойкой я,
взмахнул, мгновенно улетела.

Справедливость — это идеал,
установленный на пьедестал.

В глубине и высоте едино — измерение, различно — направление.

Стихи читают не спеша,
в них смысл и кудрявая лапша.

Годы жизни — это количество оборотов Земли вокруг Солнца.

Власть и деньги — противостояние, характеризующееся инфляцией.

Пудом стихи он измерял,
потому что много написал.

Уныл и скучен мир,
и прагматизмом поражен,
когда-то был кумир,
а ныне мир его лишен.

Не Ньютоном был под яблоней,
Летит, однако, яблоко на голову…
Уклонился и подставил ладони:
Зрелый плод — в руках.

Сводя конец с концом,
она думала потом:
убежал Иосиф,
плащ, вину, на пол бросив.

Луна сияла в её глазах,
Желанием тайным в её мечтах,
А он метнулся в темноту,
Забыв про плащ, лежащий на полу.

И какими только эпитетами психологически не характеризуют тишину?! Наступила зловещая тишина. При молчаливом согласии…

Пока не клюнет — не зашевелится,
Вздрогнет поплавок,
И мгновение в вечность превратится.

Мысль — она, а смысл — он:
вместе — оксюморон.