Анна Юннис

Двадцать шагов — отрезвляющий путь
Прямо до двери.
Кровь теперь словно застывшая ртуть.
Солнце ржавеет
Где-то за кадром. И море поёт
Бодро снаружи:
«Твой от тебя никуда не уйдёт,
Этот — не нужен».

Завернуться в плед, словно в жёлтый кокон,
И забыть, что в город пришла весна.
Я сижу у Бога почти под боком.
Только он никак не дарует сна.
Говорит, упряма была и ныла.
Говорит, — прогонит меня взашей.
И толпятся все, кем была любима,
Пулемётной очередью в душе

Остаёшься на чай, потому что — февраль,
Просто холодно выйти и девушка бросила.

Я из тех, что в наушниках носятся с осенью,
Я из тех, в чьих глазах обнажённый хрусталь.
Мне стерпеть — не вздохнуть, я сама под иглу,
Как на плаху ложусь, завихряюсь пластинками.

Мои принцы всё тешатся битыми ссылками
На хэндмейдовый, в списках затерянный клуб
Анонимных творцов, что безлико снуют
Без гроша, без огня, без инсайта, по-цоевски.

Я давно прекратила ненужные поиски.
… показать весь текст …

На сердце моём — тающем воске
Имя твоё — гравировка штихелем:
Выемки, метки, зарубки, полоски.
Поздно метаться, замолкни, ну, тихо ты!
Анестезия проходит и больно-
Больно становится. Даже для вдоха
Нет больше сил. Мозг скомандовал «вольно!».
От недостатка любви очень плохо.

Докажи, что правила все просты:
у любой планеты есть север; дом —
там, где мама или, возможно, ты
(если хочешь). Дышится здесь с трудом,
на орбите чёрной дыры. Отсек
с кораблём в трофей превратился дна.

Я брожу по снам, я кружу во сне,
я схожу с ума.

Я схожу с ума от боязни жить
в камуфляже сером из волчьих шкур.
Ты проверил стропы и крепежи,
ты надел скафандр. И по щелчку
… показать весь текст …

Вот тебе, девочка, краткий ликбез
В сказку волшебную нашего мира:
Принцам не хочется больше принцесс.
Им подавай много тёлок и пива.

Он всегда приходил в дождь.
Никогда не стучал в дверь.
Это — племени звёзд вождь.
Это — мой одинокий зверь.

Он всегда был со мной час.
Он свои заметал следы.
В пустоте его чёрных глаз
Я смотрела цветные сны.

На коленях его спала,
Прижимаясь к его груди…
И сквозь дрёму его звала,
Не давая ему уйти.
… показать весь текст …

Давай устроим мы обмен
Дыханий наших осторожных.
Давай возьмём друг друга в плен.
Мы — взрослые. И нам всё можно.

Давай на вахте стащим ключ.
Давай на крышу заберёмся.
Давай по гланды захлебнёмся
Всей грязью из навозных куч.

Давай, ну что ты медлишь, друг?
(Нет, нас нельзя назвать друзьями).
Ты помнишь, как мы вырезали
Мне шорты из твоих же брюк?!
… показать весь текст …

Я боюсь, это небо когда-нибудь всё же уснёт.
Я боюсь, эти звуки умолкнут и руки твои не обнимут.
И за тем поворотом, где дом мой, на кольцах гаррот
Задохнутся столетья, мишенью избравшие спину
Персонажа с условным рефлексом выискивать толк
В женском «буду любить». Пробираясь по крышам истерик,
Я базируюсь снайпером и контролирую торг
Палачей с адвокатами. Каждая тля, из статеек
Понабравшись всей чуши о белом и чёрном, вполне
Рассудить себе может, что мы с тобой пара злодеев.
Пусть не киногерои, так лучше! И в этой войне,
Если ты мне доверишься, мы отыграться сумеем
На техасских бастардах… Но май накормили свинцом,
По обугленной коже кочует созвездие Гидры.
… показать весь текст …

Есть женщины с глубокими глазами,
Ты знаешь — утонуть в харибдской мгле
И песни им слагать, и бредить снами
О караванах, трипольской луне,
Зелёном сумраке, шатрах и бедуинах,
Кострах, в чьих искрах — рубайатский слог.
Такие женщины в да винчевских картинах
Извечный свой безмолвный диалог
Ведут между собой, и лишь украдкой
Взглянув на проходящего тебя,
Русалочьей, мангустовою хваткой
Зацепят сердце, руша и губя
Привычный мир вокруг. Пройдут цунами.
«Хочу» и «требую» сливаются в одно.
… показать весь текст …