Он просто сорвался. И это, поверь,
Случилось меж ними впервые, однако
Он выгнал скулящую псину за дверь
И крикнул вдогонку: - Плохая собака!
В тот день неотложные были дела,
И пусть он не ночью вернулся, но всё же!
Собака себя развлекла, как могла:
Прогрызла дыру в новом кресле из кожи.
А позже, услышав родные шаги,
Хозяина встретила радостным лаем,
И слышалось в этом: «Снимай сапоги!
Ты знаешь, как долго тебя здесь ждала я?!
Пугал меня ветер, что бился в стекло,
И кресло пустое во тьме раздражало…"
Но глянул хозяин — так странно и зло,
Что псина умолкла и уши прижала.
— Плохая! Ступай, бестолковая, прочь! -
Он рыкнул подобно свирепому зверю,
Ударил собаку и выставил в ночь,
Рассерженно хлопнув тяжёлою дверью.
…
Пустая квартира. Как будто тюрьма.
Луна выступает зловеще из мрака.
Он глянул в окно: непроглядная тьма.
О, боже, а он туда выгнал собаку!
Он вскрикнул и в тапках рванул прямиком
В осеннюю слякоть. Забегал по кругу…
Каким же он, всё-таки, был дураком! -
Лишился по глупости лучшего друга!
Далось это кресло и эта дыра!
Собака попала в беду, не иначе…
Он сел на скамью в середине двора
И горько заплакал — как маленький мальчик.
В мозгу завертелось одно к одному:
«Украли. убили… попал под колёса…»
Но кто-то уткнулся в колени ему
Мохнатой башкой с мокрым «кожаным» носом.
И пусть этот кто-то был ростом не мал,
И грязный, как чёрт… Человек был не гордый! -
Он взял его на руки и обнимал
И что-то шептал ему в добрую морду.
…
А дома их ждали: в камине огонь,
Уютная комната, кресло -«калека»…
Собака лизнула большую ладонь.
Собака умела прощать человека.
