Все-таки мне на магазинские дела везет, из-за этого я забываю зачем пришла.
Вот сегодня, у прилавка с салатами парочка. Он — маленький и квадратный, в черном пальто и белом пуловере с пуговицами. Пружинит, потому что альфа, у альф вообще все ходуном ходит, чтобы все видели, что он альфа альф и альфой погоняет. Она — в норковом полушубке и ногах. Я пока эти ноги смотрела в длину, у меня мышца глаза затекла, но мне было интересно — где они заканчиваются. Нигде. Они бесконечны, а наверху этой бесконечности кукольная головка. И говорит эта головка человеческим голосом, наклоняясь к альфу-альф, иначе плохо слышно — перепад размерных характеристик велик: «Котяя, возьми аааливьэээ!» Альфа-котя на пружинах царственно продавцу: «Аааливьэээ!» и жестко, брутально: «И винэгрэтику!» Ногастая бесконечность: «Фу! Не надо винегрет! Там свекла!» Но котя-альфа сказал, значит — сказал, потому что мужик. И он опять величественно продавцу: «Не надо винэгрэту!» И бровь поднял чтоб не перечили, ни-ни чтоб. А у самого на белом пуловере белая пуговичка черными нитками пришита кривенько, я заметила. Видать, ногастая безрукая совсем.
И тут заходят четыре крепко подвыпивших мужика, и пахнет от них тонко канализацией. А они веселые такие, друг друга подначивают: «Не конъяк, а водка, не конъяк, а водка!» И запах вот этот, незабываемый от них, как будто в Питере вдруг побывала, там бывает что нет-нет накатывает этакое из подземелья старых доходных домов.
Бесконечная ногастость: «Фу-у-у-у… воняет!» А котя-альфа: «Да нет вроде, вроде нормально все.» А сам мужиков взглядом до алкогольного отдела проводил и коробочку с салатиком сжал до хруста.
А я стою, глазами хлопаю — такое богатство образов, такое богатство образов: пуговичка с черными нитками, веселые пахнущие сантехники, опять же полушубок с ногами. Пока это осознала, про все свое позабыла, опять завтра утренний кофе без круассана пить придется.

Василий уже выкладывал на ленту кассы продукты, когда я прибежала с клюквой в меду.
-Извините, — обратилась я к очереди, — Разрешите пройти.
Народ вежливо посторонился, но послышался голос с четкой дикцией: «Имбирь твою мать!» Дама стояла, опершись о стойку и с тоской наблюдала как ползет лента с коробочками и пакетами. В руках она держала только тетрапак с вином, и явно осуждала наши архитектурные излишества.
Когда был пробит наш чек и настала очередь молодых людей, дама с тетрапаком выпрямилась, качнулась и сказала властно: «Пропустите учителя года!»
-А докажите! — весело сказали парни, — А вот как правильно: лОжить или ложИть?
-Класть, имбирь твою мать! — сказала учитель года и решительно утвердила пакет с вишневым перед кассиром.

Весь день на ногах, поэтому стопа ноет. Это плохая новость.
Хорошая — внесла гармонию в безумный мир. Накрасила ногти серым перламутром. Натянула колготки, носки и сапоги на толстой платформе, чтобы никто ничего не видел и была тайна. Поняла, что что-то не доделано. Пошла и купила сумку цвета серый перламутр. На этикетке было написано""Цвет: перлОмутровый". Но дали скидку 20 процентов, поэтому магазин разносить за безграмотность не стала. Это не филологическая продажность, а разумный компромисс, я считаю. За 50% скидки смогла бы перенести даже через «и» после «п».
Баланс теперь соблюден, гармония спасена — сумка соответствует педикюру. Ну и что, что не видно и вообще я в шубе. Это же есть!

Вот говорят, что одиночество — это когда дома живут только ты и твой кот. Ай, ерунда. Сегодня яблочки покупала, подошел амбал к кассе. Мышца трещит по периметру, борода черная без усов, взгляд горца — дикий, чуть пикнешь — зарежет. В руке — бутылка пива утонула.
Взревел: «А где у вас тут корм для попугайчика?»
Девушка-кассир в сторону машет: «Там, там, где для кошек. рядом посмотрите!»
Он пошел и оттуда раненным быком орет: «Для кошек вижу, а для попугайчика не вижу!»
И получается у него не «попугайчик», а «бобугайчик», и нежно как-то, на сплошных гласных и в нос.
Небось сидит у себя в берлоге, пиво тянет, а напротив волнистый бобугайчик Кеша какой-нибудь или Лютик зерно глотает, а бугай задумчиво рычит: «Вот такая жизнь, брат, вот такая жизнь!» и чокается стаканом о клюв.

В парфюмерном магазине новые весенние ароматы и новые посетители, возникающие 7 марта с четко поставленной целью «надо купить моей французских духов на 8 марта!» Это благородная цель, и тут уж без тонких ужимок и хи-хи, потому что мужик как-то больше ходит на работу, перебирает железки или еще что-то там, и в мир тонких запахов не погружается, ведь самый нормальный запах — это запах борща, чистой рубашки и макушки младенца. Все остальное — суета сует, но пробило весной и исторической традицией,…
… показать весь текст …

Девчонка-кассирша обслужила покупательницу ловко, и та в долгу не осталась. «Любви тебе! Чтобы мужика хорошего нашла!» — раздался на пол-магазина хрипловатый голос, чуть заплетающийся на окончаниях. «У меня жених есть!» — весомо заявила кассирша, — «Я замуж выхожу!» «На фига тебе муж? Надо чтоб любовник был! Вот где само то!» — сказала дама и схватив свою бутылку «Мартини», гордо пошла к выходу, и полы ее шубы развивались как знамя любви свободной женщины, которая хоть разочаровалась в институте брака, но от этого коней на скаку останавливать не бросила, да и горящие избы — так, семечки, когда ты уже не ягодка опять, а то, что сама себе назначила и постановила.