сложнее, чем не проснуться вовсе,
проснуться где-то в твоих объятиях.
когда во мне зарождалась осень, став не пристанищем, а распятием… когда во мне умирали песни, с дождем сентябрьским счастье руша…
сложнее, чем не проснуться вместе,
принять как данность чужую душу.
и ты вся соткана из святого. но сколько верности в плоти этой? когда составят слова основу, чтоб называться тогда поэтом, какие двери искать по миру, себя при этом достав из пепла?
как жизнь беспечную не планируй,
но на душе, как и прежде, скверно.
сложнее, чем не проснуться рядом, проснуться в поисках глупых истин и повторять, что вот я осяду на новом месте, в порядок мысли свои собрав, заживу спокойно и радость эту в себе помножу…
сложнее, чем наиграться в войны,
признать, что смерть заберет хороших.
когда во мне зарождалась осень, обрушив в легкие дым и морок; когда хотелось все взять и бросить, признав, что не был кому-то дорог, я стал прекраснейшим листопадом, что дарит людям из детства краски,
но не заметил родного взгляда
и не почувствовал прежней ласки…
