Мы пили по третьему кругу,
У косогора с рекой.
А она пришла с какой-то подругой,
Оказавшейся под рукой.
А когда мы уже отключились,
А Леха чуть не утонул,
Я вспомнил!
Мы вместе учились!
Кажется- не тому.

Как приговаривает один мой знакомый врач,
Патологоанатом, философ, талантище,
Когда заканчивается полоса неудач,
Начинается территория кладбища.

Бог знает откуда серебряный кот
приходит, глазами сверкая.
Мой ангел-хранитель нисходит ко мне,
сидит в изголовье, мурлычет луне,
искристою шерстью касаясь лица,
и песню, как пряжу, струит без конца,
истерзанный слух мой лаская…
Приходит ко мне абиссинский тотем
и странные — молча — ведет разговоры
(Ах, скоро ль увижу далекие горы!) —
меж тем, как в молчании — множество тем.
(Ах, скоро ль!..)
И я погружаю в пушистую шерсть
ладони, чтоб ласково стало душе
… показать весь текст …

Небо было натерто до блеска
Июньским ветром под ром и абсент.
Шампанское оказалось Советским,
А пива с водкой не было совсем.

Мы пережили с ней глубокую депрессию,
Сначала в трубопрокатном,
А потом в турбокомпрессорном.

Мы патриоты России, всегда с вами!
Нам не страшны ни время, ни расстояния!
Мы первым делом о Родине и сиротах переживаем!
И лишь потом о недвижимости в Майами!