Черная тень в непроглядной ночи.
Дыхание рвется из тесной печи.
Летит над землей, не касаясь ее,
Пронзая пространство как будто копье.
Над телом незримым — два черных крыла,
Сильнее, чем небо, чернее, чем мгла.
Но звуков не слышно. Все умерло вдруг.
Ты знаешь, конечно, что это за стук.
Не сердце упрямо колотит в груди,
А тот, что летел над землей впереди,
Уже он вонзает копыта в асфальт,
Как будто не кость они вовсе — базальт.
Когда мрачных туч вдруг рассеется дым —
Увидишь ты остов и крылья над ним.
Конь Блед или просто воскресший Пегас,
Который Беллерофонта не спас?
Мелькнет и исчезнет, как отзвуки дум,
Лишь только заржет беспокойно табун.

В космическом царстве родился слушок,
И вызвал в планетном содружестве шок.

А первой забила тревогу Венера:
«Земля заболела! Схватила холеру!»

Меркурий от страха подался вперед:
«И что же, Земля непременно умрет?»

Краснея, схватился за голову Марс:
«Господа, вы не верьте! Господа, это фарс!

Вши у нашей Земли! Вот они, копошатся.
И пытались они до меня уж добраться.»
… показать весь текст …

И снова всюду веет ветер перемен,
Опять душа стремится на свободу.
Она суётся вновь туда, не зная броду,
Где выход лишь один из матрицы систем.

Ей кажется, что всё вот-вот случится,
Свободной можно будет в небесах парить.
И вечности всегда свою любовь дарить,
Пока Земля здесь вертится, кружится.

И если есть предел дерзаньям и мечтам,
То пусть останется он на Земле далёкой.
Ведь в небесах нам не бывает одиноко,
И мы забудем всё, отдавшись чудесам.

А ты несешься высоко по звездным тропам.
Тебя влечет в бескрайний путь та Радуга-Дуга.
Земле пошлешь своих стихов все стопы,
И вновь умчишься вдаль, быть- может навсегда.

Устав бродить по жизни на Земле,
Мы рвёмся в небо птичьим клином.
В рассветный час иль сумеречной мгле
Летим то лебедем, то журавлиным.

Бывает, выбившись, порой из сил
К Земле мы снова тихо припадаем.
И как бы кто вокруг не голосил
Расправив крылья, мы устало замираем.

Был вечер в ситце
васильковой тишины.
Прохлада нежно
во дворе струилась…
Сорвался в Небо
птицею с Земли
Тот СТИХ, в котором
Вечность приютилась…