Границы, таможни… все строим и строим стеночки. Простым людя

Границы, таможни… все строим и строим стеночки. Простым людям вред, а бандитам все равно не преграда… кому это нужно-то?

Объяснял старшему сыну, что в русском языке нельзя сказать «победю». Ну нет первого лица единственного числа будущего времени у слова «победил». Может быть «побеждаю», но никак не «победю».
— А как тогда? — спросил старший.
— При помощи вспомогательного глагола. Например «я одержу победу».
Немедленно встрял младший:
— Да-да! При помощи вспомогательного глагола одержимости!
И не поймёшь — всерьёз ляпнул или пошутил. В свои шесть младший уже артист.
— А вот у множественного числа есть будущее время… — размышляет сын.
— Да. Победим, — соглашаюсь я.
И вдруг думаю, насколько же это красиво и правильно. В русском языке может быть личная победа — но только как свершившийся факт. А вот загадывать на неё, обещаться победить — нельзя. Можно — только если ВМЕСТЕ. МЫ — победим.
Это язык. Он определяет сознание. Он определяет народ. Если в языке нет чего-то, что есть у других народов — это неспроста. И если есть что-то уникальное — тоже.

Он сам во всем виноват! У него была квартира, машина и дорогой мобильный телефон, а у меня — три рубля, хронический алкоголизм и похмелье каждое утро. Потому я и ждал его в подворотне с кирпичом, гражданин начальник…

У нее были длинные ноги, семнадцать лет и красивый парень, а у меня — импотенция, порнографический журнал под подушкой и рожа как у гориллы. Как я мог не накинуться на нее в подъезде, когда она вошла, напевая, с губами, горящими от поцелуев…

У него была интересная работа, командировки по всему миру и хорошая репутация, а у меня — купленный диплом, мелкая должность под его началом и хроническая лень. Только поэтому я подстроил все так, чтобы его обвинили в растрате и выгнали из фирмы…

Они все одинаковы — люди… Им всегда кто-то мешает и всегда кто-то в чем-то виновен.

Сжимая в одной руке надкушенный бутерброд, а в другой — бутылку кефира, черт озирался по сторонам. Выглядел он вполне заурядно — мятый старомодный костюм, шелковая рубашка, тупоносые туфли, галстук лопатой. Все черное, только на галстуке алые языки пламени. Если бы не рожки, проглядывающие сквозь аккуратную прическу и свешивающийся сзади хвост, черт походил бы на человека.
Толик отрешенно подумал, что в зале истории средних веков городского музея черт в костюме и при галстуке выглядит даже излиш…
… показать весь текст …

У нас не любят одноразовых вещей. У нас еще помнят, как чинить нейлоновые колготки, стирать пластиковые пакеты и ходить за молоком с бидоном. У нас пустой коробочке из-под йогурта найдут массу применений — начиная от выращивания рассады и кончая ёмкостью для хранения мелочи.

…Периодически заходят люди (как правило, с Украины) и патетически восклицают: «Ах, как вы можете быть против Майдана! Я вырос на ваших книгах, а теперь глубоко в вас разочарован!» Копать-колотить! В хвост и в гриву! Да что могло вас хоть навести на мысль, что я могу симпатизировать:
откровенным нацистам, русофобам, антисемитам, людям, рушащим Россию, ибо Киев и вся Украина — это часть единой Великой России,
погромщикам, насильникам, лгунам и предателям, людям, забрасывающим булыжниками и «кокт…
… показать весь текст …