Последний полет У-2 над Союзом
1 мая 1960 года, произошло событие, взбудоражившее весь мир. Две самые могущественные державы — СССР и США — выясняли отношения в связи со сбитым войсками ПВО в районе Свердловска американским шпионским самолётом U-2…
1 мая 1960 года в 04.30 мск Фрэнсис Пауэрс, тридцатилетний американский летчик поднял в воздух со взлетной полосы Пешаварского аэродрома в Пакистане самолет У-2 и направил его к советской границе. Это было началом операции «Оверфлайт». Полет должен был закончиться через 8 часов на расстоянии 6 тыс километров от точки старта — в аэропорту Буде, на территории Норвегии. Почти 5 тыс километров маршрута пролегали над советской территорией, полет все время проходил на высоте не ниже 20 тыс метров.
У-2 был шпионским самолетом, оборудованным фото- и радиоаппаратурой, магнитофонами, радарами. Основной задачей Пауэрса было сфотографировать военные базы на Урале. Он сфотографировал закрытый «атомный» город Челябинск-40.
На расстоянии 20 миль к юго-востоку от Свердловска /ныне Екатеринбург/ Пауэрс изменил курс, повернув на 90 градусов. Его следующей целью был Плесецк. Однако самолет был сбит советской ракетой.
Пауэрс выпрыгнул с парашютом и был немедленно по приземлении задержан около Свердловска. Первая же выпущенная ракета ЗРК С-75 оторвала у самолета Пауэрса крыло, повредила двигатель и хвостовую часть, для надежного поражения было выпущено еще несколько зенитных ракет.
Далее события развивались так.
…5 мая 1960 года в 6.00 население СССР разбудил знакомый голос Юрия Левитана: «Внимание, внимание! Работают все радиостанции Советского Союза! Передаём заявление Первого секретаря ЦК КПСС председателя Совета министров СССР товарища Хрущёва Никиты Сергеевича!»
В привычно истеричной манере Хрущёв сообщил, что советские ракетчики сбили самолёт-шпион, и осудил «американские агрессивные круги, которые с помощью провокации пытаются сорвать парижскую встречу в верхах».
В ответ США упрямо твердили о научной цели полёта. Заявление сделала дирекция НАСА: «Один из самолётов типа U-2, которые начиная с 1956 года занимаются научными исследованиями высоких слоёв атмосферы, метеоусловий и направления ветра, пропал без вести во время полёта над территорией Турции в районе озера Ван. За минуту до исчезновения пилот успел сообщить по радио, что испытывает недостаток кислорода».
6 мая Хрущёв вновь выступил по радио. На этот раз он заявил, что «лётчик живёхонек и не рыпается». Добавил, что умолчал об этом намеренно, так как в противном случае американцы «снова сочинили бы какую-нибудь басню».
Вслед за радиообвинениями Хрущёва в Белый дом из Кремля поступило официальное заявление, которое повергло американскую администрацию в шок: «Советское правительство на заседании Верховного Совета СССР сделало заявление, что пилот сбитого самолёта находится в Москве… Гарри Пауэрс дал исчерпывающие показания… В распоряжении советских властей имеются неопровержимые доказательства шпионского характера полёта…»
По единодушному мнению ведущих средств массовой информации США, ещё никогда в истории дипломатии американское правительство не попадало в столь обескураживающий конфуз.
…16 мая 1960 года Хрущёв прибыл в Париж, но отказался принять участие в конференции, так как Эйзенхауэр не принёс публичных извинений за пиратский полёт U-2. Разумеется, визит американского президента в Москву был отменён.
17 августа 1960 года в Москве в Колонном зале Дома союзов начался судебный процесс над Пауэрсом. Американскую сторону, кроме адвоката, представлял опытный репортёр Си-би-эс Сэм Джафф. Перед отъездом в СССР он, жена пилота и его отец прошли инструктаж в штаб-квартире ЦРУ.
На процессе они держались вместе и слышали, как Пауэрс, покидая зал суда, тихо произнёс: «Не верь, отец, что меня сбила ракета. Меня сбил самолёт, я видел его собственными глазами». Но лишь один — Джафф — придал значение брошенной мимоходом фразе. Профессиональное чутьё подсказало: за этими словами кроется тайна.
Вернувшись в США, Сэм Джафф начал расследовать причины и обстоятельства провала шпионской миссии Пауэрса, но смерть помешала ему довести дело до конца.
…19 августа был объявлен приговор: 10 лет лишения свободы. Однако уже 10 февраля 1962-го Пауэрса и ещё двух американских шпионов обменяли в Берлине на нашего разведчика Рудольфа Абеля, находившегося в заключении в США.
По возвращении Пауэрса подвергли изнурительным допросам в ЦРУ. Нашлись руководители управления, которые требовали возбудить против него уголовное дело за то, что не применил ядовитую иглу и «болтал много лишнего на суде». И хотя в 1963-м ЦРУ наградило Пауэрса медалью, тем не менее наказание он понёс: уволен досрочно из ВВС. Позднее он устроился пилотом вертолёта дорожной полиции. 1 мая 1977 года погиб при исполнении служебных обязанностей.
…На странное совпадение даты славы и смерти Пауэрса — 1 мая — обратил внимание репортёр «Нью-Йорк таймс» Майкл Р. Бешлосс. Ко времени гибели Пауэрса он уже несколько лет вёл расследование, начатое в 1960-м Сэмом Джаффом.
С лёгкой… головы Хрущёва в Советском Союзе укоренилось мнение, что Пауэрса сбила ракета. Время расставило приоритеты по своим местам, но миф о том, что U-2 поразила ракета, прочно осел на полке истории и в людской памяти. Однако в начале 1990-х, когда о шпионском скандале и о Гарри Пауэрсе помнили лишь люди старших поколений, в одном московском издании появилась любопытная заметка. Она заканчивалась словами: «На Тамбовщине живёт и здравствует лётчик, прервавший 1 мая 1960-го шпионский рейд американского самолёта над СССР».
Как М. Бешлосс узнал о публикации и с чьей помощью разыскал Игоря Ментюкова, подполковника авиации в отставке, можно лишь догадываться. Зато доподлинно известно, что из Москвы он привёз аудио- и видеокассеты, которые помогли ему закончить книгу Mayday: Eisenhower, Khrushchev and the U-2 Affair 1993 («Первомай: Эйзенхауэр, Хрущёв и история с U-2», 1993).
На 50-ти летие события в Москву приезжал 44-х летний сын летчика и полный тезка Фрэнсис Гэри Пауэрс — младший. В настоящее время он создает в США музей «Холодной Войны», где большая часть экспозиции будет посвящена инциденту с У-2.
Спасение сбитого летчика действительно было удивительным. Ракета, которая была выпущена комплексом «сработала» на границе зоны действия С-75. В результате взрыва на высоте 20 километров была повреждена хвостовая часть У-2, но разгерметизации кабины не произошло.
Самолет свалился в неуправляемое пике. Отвалились крылья. На высоте 10 тысяч метров Пауэрсу удалось открыть колпак кабины. На 5000 отключить себя от систем, обеспечивающих подачу кислорода и вывалиться из самолета с парашютом. На поле его подобрали колхозники, даже помогли снять обмундирование.
Потом пришли «власти» и через 4 часа Фрэнсис был уже на Лубянке. «Мой отец был солдатом и жертвой „холодной войны“ и той паранойи, которая царила в те годы в США, когда он вернулся домой. Он был, прежде всего, военным пилотом, а потом уже разведчиком и при допросах КГБ постарался не выдать военной тайны»,-сказал сын. Но на русских Пауэрс-старший обиду не держал.