Украинские блогеры сейчас разделились на две группы. Нет, я не про тех, кто поддерживает или не поддерживает режим Порошенко. Есть еще две другие группы, которые заявляют о себе все громче и громче. Страшная проверка для украинцев не на словах, а на деле. Их посты зашкаливают от эмоций.
Я про тех, кому пришла повестка на фронт или еще не пришла. Читаю записи женщин, мужья которых по каким-либо причинам не подлежат призыву. Как же они счастливы! Судьба уберегла любимого человека и кормильца семьи. Другим хлопцам повезло меньше — тем, кого отправляют на верную смерть. О них мы уже никогда не узнаем.
Странно, что те украинские блогеры, которые подстрекают, одобряют и разжигают бойню на Украине, сами еще не пошли добровольцами.
ЗЫ. Даже не верится, что такой дурдом происходит в наше время.

✔ Чтобы в сердце достучаться, напиши письмо стихами.
Ну, а если Муза дремлет, прозой напиши.
Прозою не докричаться? — Расскажи тогда словами,
Если и словам не внемлют, делом покажи!
© zulnora

Женщина, старая интеллигентка, возмущается:

— Как это говорят теперь — «мушкетёр», надо говорить — «мушкетер». По-французски это слово пишется «mousguetaire» (мускетэр). Теперь же неправильная форма по образцу «полотер», «живодер» вытеснила правильную. Не говорим же мы «премьёр» вместо «премьер»!

— Да, но произношение «мушкетёр» настолько укоренилось, что исправить тут, боюсь, ничего не удастся. Придется вам примириться.

— Ну уж нет!

— А что же вы будете делать?

— Как — что? Говорить «мушкетер».

.
Русский язык — один из самых богатых в мире, и недостатком слов не отличается. Зато он, как и любой язык, быстро реагирует на потребности общества, которое постоянно нуждается в чем-то новом.
Мы часто вворачиваем в нашу речь иностранные словечки, которые мгновенно закрепляются в лексиконе. И в этом нет ничего плохого. Заимствования приживаются в языке и уже кажутся нам родными.
Представляем список из 200 слов, которыми мы пользуемся практически каждый день. Конечно, мы не призываем отказаться…
… показать весь текст …

Страдать хернёй.

Hernia (херня) по-латыни означает грыжа, и именно этот диагноз «добрые» военные врачи чаще всего выставляли детям обеспеченных мещан, которым не хотелось служить в армии. Каждый пятый призывник в России конца 19 века страдал хернёй.

Если разобраться, ничего неприличного в слове «хер» нет. Так в церковнославянском алфавите называлась буква «х». Когда крестом вычеркивали ненужные места в тексте, это называлось «похерить».

Часто мы молчим, когда нужно говорить. Без слов трудно по-настоящему любить. Когда мы говорим нашим родителям, детям, возлюбленным или друзьям: «я тебя очень люблю», «я буду оберегать тебя», «я часто думаю о тебе», «ты мой самый большой подарок,» — мы это делаем, чтобы дать им жизнь.

Бывает нелегко выразить нашу любовь в словах. Но всякий раз, когда мы это делаем, мы понимаем, что подарили людям благословение, которое они долго будут помнить. Когда сын может сказать своему отцу: «Папа, я люблю тебя», и когда мать может сказать своей дочери: «Дитя, я люблю тебя», то открывается совершенно новое пространство, наполненное благословением, место, в котором хочется пребывать. Слова обладают реальной властью, способной творить жизнь.