Мой друг Этельзон — музыкален, лиричен,
Немного кларнетен, но больше скрипичен,
Внимателен, строг, деловит, непреклонен,
Гитарен, баянен, и где-то тромбонен.
Пусть он иногда может быть беззаботен,
Чуть-чуть кастаньетен и даже фаготен,
Зато аккуратен, начитан, культурен,
Гобоен, волынен, свирелен, бандурен…
Вы скажете мне, что он несколько странен —
Когда — молчалив, а когда — барабанен…
А я вам отвечу, что он — самобытен —
Чуток фисгармонен, но в целом — трембитен.
Мне нравится то, что он — прост, неподделен,
Пускай мандолинен, но виолончелен.
И я утверждаю, что он — уникален —
Где надо — тамтамен, где надо — роялен.
Я больше скажу — он — один в целом мире!
Со вкусом органен и в меру клавирен.
Он мыслями чист и душою прекрасен,
Порой фортепьян, но всегда контрабасен.
И плюс ко всему, он — сюитен, симфонен,
Но главное — он — до конца этельзонен!
Прелюден, сонатен, слегка полонезен…
Короче, такой же, как Лёшка Березин.
