Человек умирает, его душа, не подвластная разрушению, ускользает и живет иной жизнью. Но если умерший был художник, если он затаил свою жизнь в звуках, красках или словах, — душа его все та же, жива и для земли, и для человечества…

Сверкает жизнь везде, грохочет жизнь повсюду! Бросаюсь в глубь веков — она горит на дне… Бегу на высь времен — она кричит мне: буду! Она над всем, что есть; она во всем, во мне!

Мы все — лишь беглый блеск на вечном море лет.

Есть думы тайные — и снова в детской дрожи,
Закрыв лицо, я падаю во прах…
Есть думы светлые, как ангел божий,
Затерянные мной в холодных днях.
Есть думы гордые — мои исканья бога, —
Но оскверненные притворством и игрой,
Есть думы-женщины, глядящие так строго,
Есть думы-карлики с изогнутой спиной…
Куда б я ни бежал истоптанной дорогой,
Они летят, бегут, ползут — за мной!

Кто не родился поэтом, тот никогда им не станет.

Каждый миг есть чудо и безумье,
Каждый трепет непонятен мне,
Все запутаны раздумья,
Как узнать, что в жизни, что во сне?