Мы испытываем сострадание к тому, что нам подобно, и сострадание наше тем сильнее, чем сильнее и глубже чувствуем мы это подобие.

«Нет ничего страшнее на свете, чем остаться наедине со своими мыслями,
когда тебе очень плохо.»

Требовать от кого-либо, чтобы он стал другим, это все равно, что требовать от него, чтобы он прекратил быть самим собой. Всякая личность сохраняет себя, допуская изменения в своем способе мышления и бытия только в том случае, если эти изменения могут вписаться в единство и непрерывность ее духовной жизни.

Любовь не желает быть отблагодаренной и не желает быть порожденной состраданием. Любовь хочет быть любимой, требует ответной любви, а не другого чувства, каким бы благородным оно ни было.

Любовь — дитя иллюзии и одновременно мать разочарования.

Любовь с неистовством ищет в любимом чего-то превыше него, а не находя, отчаивается.