Волны теплоты, любви и света, разливались в неба синеве. Чуд

Волны теплоты, любви и света,
разливались в неба синеве.
Чудилось безбрежным это Лето,
только Зодиак уже во Льве.

Осень подкрадётся и украдкой
завладеет телом и душой,
вычерпав всё Лето без остатка
ковшиком Медведицы Большой.

Закат упрятал солнце за высотку,
И вот спустилась сумерек пора.
На кухне свет зажёгся у кого-то,
Раскрасив жёлтым барельеф двора.
И после этой жёлтой увертюры
Десятки кухонь свой пролили свет:
Лимонный, красный, розовый, пурпурный…
Как будто кухням дела больше нет,
Чем освещать внизу автомобили,
Двора тропинок путанный этюд…
…Но как по волшебству заторопились
Домой все те, кого на кухнях ждут.

В саду, где всё убрали к октябрю,
где так и не настало Бабье лето,
краснело яблоко, дрожало на ветру,
как сердце среди рёбер тонких веток.

Эта осень одна из многих,
тех, что метит в мои подруги.
Так же тянется
очень долго,
словно двигаюсь я по кругу.
Влажный вечер
застал в дороге,
мне б задуматься о ночлеге… и Но почудилось,
дождь немного
пахнет
завтрашним
первым снегом.

Еще не вся листва позолотилась,
а мне уже мерещится зима.
Куда несётся жизнь, скажи на милость?
Зачем мы в этой гонке тратим силы,
я перестал, ей Богу, понимать.

Вошли в привычку промахи Акелы,
а как иначе — времени в обрез.
Не день сменяет день, а вся неделя —
— а следом месяц… осень пролетела…
Седеет борода… Крадётся бес.

Ночь многогранна. Над крышами зданий
звезды как шляпки гвоздей.
Выспаться мне бы. Прибитое небо
с каждой минутой темней.
В тюли тумана открытая рана —
след золотого серпа.
Ветры устали. По сонным кварталам
их замедляются па.
Выспаться мне бы. В созвездии Лебедь
чиркнул хвостом метеор.
Мыслей оковы, бессонница снова
мой типовой приговор.