Ночью темной
За деревянной уборной
Алюминиевой ложкой гремя
Девочка в платьице белом
Чавкая, ела коня…

Если вдруг вам звонят ночью и плачут или смеются — это не означает, как правило, ничего, кроме того, что кто-то уже напился и ему хватает.

После ночи, проведенной с Интернетом,
«Любуюсь» утром в зеркало своим портретом
Никак не узнаЮ я утром этим
Чья это рожа на портрете?

Девочку бросили. Нет, не послали на,
Даже утешили, мол не её вина.
Фраза звучала казённая, как расстрел:
«Для отношений серьёзных я не созрел».
Слёзы лила семь ночей и четыре дня,
От безысходности в чём-то себя виня,
Выла в квартире, пыталась уйти в запой.
Дэниэлс крепок, но в горло стекал водой.
И сам собою вердикт был провозглашён:
Хватит кручины. Отныне всё хорошо.
Ворох проблемный, растаял, зачах, опал.
Утром пробежка, по чётным поход в спортзал.
И на вопрос про дела — только звонкий смех:
Классно, легко, замечательно, лучше всех.

Чьи-то шаги прозвучали,

смех, голоса в ночи…

Как в юности, в самом начале —

прислушайся, помолчи.

Помнишь? Всё так похоже.

Звук пробежавших ног…

Будто озноб по коже…
… показать весь текст …

Разнесу по холодным овражкам,
Утрамбую в слежавшийся снег,
Захлебнусь ветром вольным взатяжку
И рассыплю под звёздами смех.

Может горький, а может не очень
По надеждам не видевшим свет
И почившим дворняжковой ночью
По овражкам, запомнившим след.