Однажды я спросила знакомую многодетную мать: «Маша, а Вы всегда были такой спокойной?» «Нет, — ответила Маша, — это защитная реакция, называется оцепенение».

Молодая мать, по профессии — медсестра, довольно часто берет своего сынишку (лет этак 4−5) с собой на работу, а дабы соблюдать внутренний распорядок больницы, сшила ему белый халат и шапочку.
История. Ребенок, проникшись правилами оного распорядка, надыбал где-то бахилы и перчатки, надел их, повязал марлевую повязку и направился прямо в операционную. На строгий вопрос «А это еще что такое? «он ответил с чувством великой гордости и непреходящего достоинства:
— Я — микрохирург.

У меня пропало счастье. Обыскали мы весь дом.
Нет за шторой, под кроватью, в кухне нет и под столом.
Вдруг гляжу — из чемодана пара пяточек торчит,
Там свернувшись как калачик, моя дочка сладко спит.
Никому я не отдам свой со счастьем чемодан!)))

Ребёнок спит и… мама свободна!!! Хочешь стирай, хочешь убирай, хочешь у плиты парься!!! Отдыхай…не хочу!

7-летний пацан подговаривает 4-летнего братишку:
— Слышь, братан, мы с тобой уже большие, пора нам начинать ругаться.
— Пора, — соглашается малыш.
— Значит, план такой, — говорит старший. — Завтра утром выходим завтракать, я говорю «бля», а ты — «на х%й». И следим за реакцией родителей.
Сказано — сделано. На следующее утро сидят на кухне, мама обращается к старшему:
— Тебе что на завтрак положить?
— Мне бы, бля, оладушки, — бойко отвечает тот.
ХРЯСЬ! — мама со всей дури отвешивает ему подзатыльник, и пацан в слезах убегает из кухни, держась за голову.
— Ну, а тебе что? — с угрозой в голосе спрашивает мама у младшего.
— Да я уж и не знаю, — робко отвечает малыш, — но только на х%й мне такие оладушки!

Чем тише ребенок сидит, тем больший вред он наносит вашей квартире!