И в грусном пониманьи твоих глаз
Моя навеки похороненая совесть…
Но не могу я проклинать тот час,
Когда церковный звон нас обвенчал с другою.
Мне брак дал жизнь… он дал моих детей.
Отнял любовь… но это ведь не плата.

Она… разбить семью не смела,
И быть второю не смогла,
Она горда, и выбор сделав,
Ушла…, бежит непрошено слеза…

А он… смирился… по течению плывет,
Лелеет боль, кляня и гордость и любовь,
Винит судьбу, так проще чем себя,
Он сдался, не боролся он, любя…

Что я нашел в тебе?
Нашел себя…
мне так тепло с тобой.

Не будет больше слез, истерик…
Не будет в венах кипеть кровь…
Не будет тайных встречь отныне…
Прости меня… моя любовь…

А впереди лишь сожаленье,
А впереди лишь сердца боль,
Обида, горечь пораженья
Что в битве понесла любовь…

К чему обманывать друг друга?
Мы продержались аж 17 дней…
И точки, что расставили друг другу,
Вмиг растянулись многоточия длиней.

Простая встреча, первая в разлуку,
Глаза в глаза, и мы опять забыли обо всем,
Семья твоя, моя — вдруг выпали из круга,
Остались только мы — на миг, что жизни всей длиней.

А утром мы расставим снова точки,
Может не этим… от того еще больней,
Ты, как обычно, что-то мужу врешь о важной встрече,
Я, как обычно, — о аварии своей…

И нити порваны.
Их безобразны лоскутки.
Уже не тянутся
И не желают слиться,
И смех толпы,
И безразличье суеты,
И едкий дым
Затухшего костра.увы.
Хрусталик — капля слез
С твоей, моей щеки.
Прощальный, дикий взгляд,
И мы опять пусты.