Хожу в твоей майке, счастливая… Одела её и ты будто обнял меня…

Распоряжайся своей жизнью по своему усмотрению, а не по чьим-то предубеждениям.

Тебе, тому, кому слова пишу я в месяце июле,
тебе, которого ждала, тебе, которого люблю я.
Слова — их почерк невесом, их шаг изменчив и опасен,
сегодня, кажется, спасён, а завтра пламенем охвачен.
Словам не верю — говори, что без меня ноябрь в апреле.
Хоть сотни раз их повтори, таким словам я не поверю.
Ты тайны слов других открой, они восходят по ступеням,
они похожи на прибой, и пахнет ими куст сирени.
Из слов таких налей вино, ты говори и я услышу,
что без меня давным-давно ты не живёшь, а просто дышишь.
Что болен жадностью любви, и это вовсе не беспечность,
что руки нежные мои готов держать в своих ты вечность.
А я готова согревать тебя любовью, как одеждой,
мне больше нечего отдать, вот только веру и надежду.

Она писала ему страстные письма о том, что придёт поздним вечером, разденет его, ляжет с ним в постель, утешит и много-много приятного было в её посланиях.
Она всегда подписывалась: «Твоя Ночь».

Однажды ты проснешься на рассвете
И будешь счастлив от того,
Что я твоя, одна на целом свете,
И более не нужно никого.
Твоя! Как много в этом слове,
В нем столько верности и ласки,
Я все твои желания исполню,
Ты будешь жить со мной как в сказке.
Мы будем счастливы с тобою,
Нам будет море по колено,
Мы будем жить одной мечтою,
Одна в нас кровь течет по венам

Я хочу быть твоей … единственной,
Не разгаданной и таинственной,
Не испитой тобой до донышка,
В полночь сном твоим … в полдень солнышком.
Приговором … и неизбежностью,
Каждым вздохом твоим и нежностью.
Я хочу быть лекарством … и ядом,
И рассветом твоим, и закатом,
Даже если с тобой не венчанной,
В твоей жизни … последней женщиной.