Скажи мне ты, кто тоже пишет.

Что для тебя важней всего?

Твоя душа другого слышит?

Она открыта для него?

Тщеславье правит твоим миром?

А зависть душу не грызет?

И ты готов своею лирой

Пройтись по головам вперед?

А ты умеешь восхищаться

Своим собратом по перу?

И будешь просто так стараться

Открыться миру и добру?

А похвалу встречать достойно?

И так же думать над хулой.

Не станешь разжигать ты войны

И упиваться той игрой?

А исправлять ошибки в тексте,

Другим указывать на них?

И хохотать с друзьями вместе,

Не обнаружив запятых?

Вот эти трудные вопросы

Пытаюсь я себе задать

И так по-детски, несерьезно

От них хочу скорей сбежать…

Собственная душа полна тайн, когда под новым освещением
Внешних событий и явлений самого себя удивляет, всё в ней, любые краски, и весь вопрос в том, мы ли их открываем и показываем, или всё же мир.

Время беречься и время беречь,
Меньше ненужных покупок и встреч,
Время касаться друг друга душой,
Верить, что кончится всё хорошо.

Время не делать того, что привык,
Чтобы родные остались в живых,
Время понять, что и в смутные дни
Можно и нужно остаться людьми.

Когда вы найдёте точку опоры внутри себя, ваш мир навсегда перевернётся. Но никогда уже не рухнет. Отныне вы устойчивы и целостны.

Прости, душа, забыла про тебя!
Твой тонкий мир подчас недосягаем.
Как сложно отыскать цветок среди развалин,
Так сложно мне порой понять себя.

Прости, душа! Забыла про тебя,
А ты ведь требуешь любви и ласки,
Как в детстве я тебе читала сказки,
С тобою удивляясь и любя.

Прости, душа! Я мыслями с тобой,
Теряюсь только я в словах порою,
Всё та же я, да только мир иной,
Совсем другой, исправленный судьбою…

Мы теряем родных, мы теряем друзей,
Ах как больно — и снова мы плачем,
И уходят они к вечной тайне своей,
Но мы помним и любим их, как же иначе!
Ну, а жизнь продолжает стремительный бег,
Лишь во сне мы опять рядом с ними.
И как трудно, проснувшись, прощаться навек,
Снова сердце на крике застынет.
Нам бы только на миг прикоснуться рукой
И глаза их увидеть родные.
Но они далеко, так от нас далеко!
Только эхом доносится имя