Зачем свобода человеку? Она тогда лишь хороша. Когда в неволе был до сроку. Иль в угнетении душа. Но коль душа Любовь познала. Теряла разум в волнах чувств. Она свободу потеряла. Отдавшись череде безумств.

На деревяном на кресту, златое сердце в старину. Распяли люди лишь за то. Что сердце то несло добро. А ныне золоты кресты и на погосте, на груди. Но только вот черства душа .Да и озлоблены сердца

Ты все хлопочешь: дом, семья, ребенок. Как золушка. мой ангел, стала ты. Как я мечтаю: мой дом и ты испуганно спросонок. Смотришь вокруг, а всюду яркие цветы. А за столом, уже накрытым, в розетках мед и стынут пирожки. Меня увидишь, с самовара деловито, я наливаю в чашку чай своей любви. Я знаю улыбнешься, потянушки и ножками босыми ко столу. И маленький проснется, разбудит аромат ватрушки. И сядем мы втроем попить чайку. Как я мечтаю, жду счастья своего, и ожидаю…

Коль не сдержался. Злом ответил. Косноязычием ты осквернил язык. Не обольщайся, бог заметил. В молебне изотрешь кадык. Коль верою живешь, — челом измолишь. Коль атеист, — услышишь брань в ответ. Не злитесь. и не сквернословьте. Язык наш светоч, а не обгаженный клозет.

Странная весна и непонятная. Ветры холодные, дождь снеговой. В туманах густых солнце упрятано. Наверное нам то за грех пред землей. Ведь ждем красоту. а затем рвем и топчем. Мечтаем о солнце, сами небо коптим. И травим вокруг все и тут же вслед робщим. Странные мы: все что есть мы не чтим.

Весна к зиме тихонько постучала. Зима со скрипом, нехотя открыла дверь. *Ну вот пришла. Так рано*, — проворчала. Весна в ответ: * Так март уж на исходе, уже вот-вот апрель*. Зима ворчит: *остаться я решила. И снегом всех и вся запорошу*. Весна с улыбкой: * не получится, я теплыми ветрами все укрыла. И все снега твои я в реки превращу*. Зима уже шипит, пинает дверь ногою. Весну пытается спровадить от себя. Весна же улыбнувшись, легкою стопою. В дверь выпорхнула, на прощание сказав зиме: * да не ворчи ты. все равно возьмет моя.*