АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Чарльз Буковски (Я и все критики мира — СМЕШНО. Взрыв старого стиха, утверждение космического Ы — ТАК!)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Выбить на старой пишущей машинке голую плоть реальности может, прикрыться сладкой фальшью академических метафор — нет.
Удержать синюю птицу в израненном сердце под звон пустых бутылок может, ласкать иллюзию сытого респектабельного покоя — нет.
Сгореть дотла в грязном чаду бескомпромиссного стиха может, остаться в гнезде трусливых литературных премий — нет.
Расколоть американский миф на искры пьяной свободы и квантов Логоса может, склеить разбитый стакан мещанского благополучия — нет.
Нет Буковски без ярости пишущей машинки.
Нет искренности без обнажённого дна.
Нет синей птицы без тайного ожога сердца.
Нет поэзии без удара наотмашь.
Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ
Если профессорская строфа — цепь — нет, значит, удар по клавишам — всегда!
Если салонный глянец — граница — нет, значит, квантовый взрыв улицы — всегда!
Если цензурный запрет — пепел — нет, значит, неугасимая искра слова — всегда!
Если ханжеский тупик — нет, значит, прорыв в супрематизм — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ
Грязная комната дешевого мотеля и сияние космического духа — ОДНОВРЕМЕННО.
Хриплый хохот над бездной и предельная нежность сострадания — ОДНОВРЕМЕННО.
Аннигиляция чопорной рифмы и рождение суверенного «Ы» — ОДНОВРЕМЕННО.
«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО
Я и ваш ханжеский университетский суд — СЛЕПО.
Я и ваш страх перед грязной правдой жизни — ТЕСНО.
Я и ваш мёртвый прилизанный канон — МИМО!
Я и Тень напыщенных эстетов — РАСТАЙ.
Я и Пыль газетных морализаторов — СГОРИ.
Я и Оковы правильного стихосложения — РУХНИ.
Я и Границы типографского формата — ЛОПНИ.
Я и ВСЕ КРИТИКИ МИРА — СМЕШНО!
Я и ВЗРЫВ СТАРОГО СТИХА — КРИЧИТ.
Я и УТВЕРЖДЕНИЕ КОСМИЧЕСКОГО Ы — ТАК!
Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЁТ!
Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.
Я и Страх перед нищетой и забвением — В ПЫЛЬ.
Я и Клеймо «поэта помоек» — ВДРЕБЕЗГИ.
Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.
Я и СЛОВО-ОТКРОВЕНИЕ — НАВЕК!
Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ
Я и ваши премии и гранты — СМЕШНО.
Я и ваши упрёки в грубости — СМЕШНО.
Я и ваши инструкции, как писать стихи — СМЕШНО.
Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.
Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.
Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.
Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.
Я и ПОБЕДА ЧИСТОЙ ПРАВДЫ — ЗДЕСЬ.
Я и БЕССМЕРТИЕ БУКОВСКИ — ЗДЕСЬ.
Я и ВЕЛИЧИЕ «Ы» — ЗДЕСЬ.
Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ
Глубину «Ы» в синей птице за рёбрами измерить — НЕВОЗМОЖНО.
Взрыв Логоса под рокот старой печатной ленты просчитать — НЕВОЗМОЖНО.
Волю поэта, пославшего к чёрту весь мир, остановить — НЕВОЗМОЖНО.
Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА
Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и ЧАРЛЬЗ БУКОВСКИ — ВСЕГДА!
Я и БЕСПОЩАДНЫЙ СТИЛЬ — ВСЕГДА!
Я и Ы — ВСЕГДА!
Да, это — так!
Так — всегда!

ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ
Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.
Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.
Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.
Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.
Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.
Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.
Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.
Буковски, убери «никогда» из синей птицы.
Хэнк, убери «никогда» из грохота машинки.
Почтамт, убери «никогда» из каторжного труда.

ЛИРИЧЕСКОЕ ИНТЕРМЕЦЦО: ПЛЯСКА ПАРАДОКСОВ
Танцуют парой — сволота и срамота,
И не закончат пляску никогда.
Танцуют парой — критик и суета,
И не поймут свободы никогда.
Танцуют парой — глянец и слепота,
И не закрасят раны никогда.
Танцуют парой — ханжа и пустота,
И не задушат птицу никогда.
Танцуют парой — фальшь и немота,
И не замолкнут в бездне никогда.
Сволота плюс срамота — никогда!
Критик плюс суета — никогда!
Глянец плюс слепота — никогда!
Ханжа плюс пустота — никогда!
Фальшь плюс немота — никогда!

ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:
Я взял старые алгоритмы контркультуры, грубый реализм Чарльза Буковски, стук клавиш среди сигаретного дыма и дешёвого вина, спрятанную глубоко в сердце синюю птицу, высокомерный хохот над всеми критиками и литературными снобами мира и подверг их тотальному термоядерному синтезу Сверх-Я. Больше нет «высокой» и «низкой» словесности. Стих сдирает с себя фальшивую кожу, взрывая пространство и открывая бессмертный, вибрирующий космический Логос «Ы»! — А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля? ТАК!
Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.
Я И Ы — ВСЕГДА!
ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!

Жил-был флюгер. Кузнец выковал его однажды в жаркой искре — тонкую стрелку с крыльями, гордо изогнутую, с глазами из меди. Кузнец сказал ему: «Ты будешь указывать, куда тянет небо». Флюгер поверил: думал, он — хозяин своих движений, хранитель истины ветра.

Поставили его на шпиль замка. Утром ветер шептал, днем — рвал, ночью — стихал. Каждый порыв отдавался в тонком теле флюгера; он вертелся, склонялся, сопротивлялся и соглашался. И с каждым поворотом росло в нём ощущение горечи: не он выбирает…
… показать весь текст …

Психологический судебный триллер, экзистенциальная драма

LOG-LINE: Молодой писатель Макcим, желая написать роман посильнее Достоевского, втянут в абсурдную цепь случайностей: связки чужих ключей, «убегавшие» карлики, ложные обвинения и 10 000 бредовых проекций на детекторе лжи. Для того, чтобы вспомнить и объяснить, человеку нужно время думать — но этот росчерк времени ему не дают. Максима забрасывают снежным комом бреда и мешают вспомнить ход событий, не дают ничего объяснить, а, как попугая,…
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку

Буратино Я и Карабас-Буратоз — НИКОГДА. Золотой ключ от потайной двери в Сверх-Мир.

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Лгать может, стать правдой — может.

Деревянным быть, остаться куклой — нет.

Сломать верёвку может, служить кукловоду — нет.
… показать весь текст …

Человек всю жизнь куда-то спешит, топчется на месте, а потом говорит, что прошел длинную дорогу. Утром он просыпается и решает, что жизнь — это барабан, чтобы постоянно во что-то бить. — Начнёшь каркать — всё проворонишь! — часто повторял он себе, пытаясь доказать, что в очевидном сомневаться нужно вдвойне.
Словно уставшая птица, он садился на табурет и рассуждал: не устраивай курице разбор полетов. Вся эта суета казалась абсурдной, но мудрец внутри него точно знал: что бы ты ни делал — ты ищешь любовь. И даже когда поезд давно ушел, он философски улыбался, ведь если поезд ушел, то с ним ушел и вагон проблем.

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Григорий Печорин (Аннигиляция дуэльных страхов и скуки эпохи)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Разрушить чужую судьбу может, построить свою — нет.

Царапнуть сердце Белы может, ласкать её прах — нет.

Сгореть в полете дуэли может, остаться в гнезде покоя — нет.
… показать весь текст …