МЫ И ВЫ
Вы фюреру Париж отдать смогли
И к сапогу врага припасть с любовью,
А мы за каждый дюйм родной земли
Расплачивались собственною кровью.

ВСЕГДА
Любимые друзья, случайные враги,
Что без толку толочь часами в ступе воду?
Имеем и страну, и волю, и мозги,
И честь принадлежать еврейскому народу.

Что эфиопов бунт? Печальный низкий факт,
Но всё ж не смеем мы в ответ предаться мести —
Как в шахматах, мудрец всегда поставит мат
Убогому глупцу без совести и чести.

В сердцах горит огонь, что душу жёг Моше,
А память бережёт могилы и святыни.
Не смеет представать пред миром неглиже
… показать весь текст …

ЭПИТАФИЯ БОРИСУ РЫЖЕМУ
Вам был противен пафос — знаю, Рыжий —
Со шрамом на щеке боксёр, поэт,
И то, что сука-смерть снуёт всё ближе,
Обстряпать чтобы с Вами тет-а-тет,
К тому же было попросту до фени,
Которую Вы знали до и от:
С опустошённым сердцем чистый гений,
Украсивший творцов великих род.

«…На сценах трагедии шли Шекспира,
От страха пред казнью сбежала совесть:
Он был самым лучшим на свете Лиром,
Великий еврей Соломон Михоэлс.» — из стихотворения «Смерть Михоэлса».

СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ ИСААКА ЛЕВИТАНА
Талант-еврей — особый вид
Российской бурной круговерти —
При жизни он пархатый «ж*д»,
И русский гений после смерти.