(Памяти автора-сатирика Green Tea)
Если Сена бурлит ядовитой и мутной волной,
И наемников Трампа заклинило бьюти-тоской —
Наш спасатель «Добрыня» доставит сибирский паёк,
Чтобы каждый заморский солдат подкрепиться им мог!
Часть 1: Экологический триумф Эммануэля
На диване в Кремле Путин чаек допивал из пиалы,
Спокойно глядя в окно, где вставало приморское солнце.
Как вдруг Лавров заскочил, позабыв про ночные причалы,
И газету новостей развернул у самого оконца:
— Президент! Там в Париже грозный скандал, у короля беда!
Эммануэль превзошел сам себя на глазах у планеты!
Он уверенно клялся три года, что в Сене святая вода,
Хоть у критиков сразу от заплывов промокли манжеты!
— Что там опять? Снова Сену объявили французским прудом?
Или Эйфелеву башню на металл растащил комитет? — Нет, хуже, мой шеф! Он в Париже устроил тотальный погром,
Запустив в эту мутную реку смело повторный фуршет!
Он ведь клялся целых три года, что Сена чиста, как слеза,
Что морские шпроты и раки вернулись в парижский исток.
А жалкие спортсмены после заплывов, закрывши глаза,
Дружно мчат в глухие клозеты, поймав ядовитый поток!
Чтобы смыть этот грязный срам и спасти олимпийский престиж,
В двадцать шестом приказал он Легиону у Сены застыть.
И прям перед строем, под бравые крики: «Виват, наш Париж!» —
Из речки заставил несчастных солдат эту жижу отпить!
Часть 2: Бунт Иностранного легиона
В кабинете Кремля мгновенно зажегся предутренний свет,
Путин глянул на сводки: — Сергей, ну и каков там оборот?
Выпили жижу солдаты? Исполнен безумнейший декрет? — Куда там! — Лавров ухмыльнулся. — ввергся легион в разворот!
Генералы от кружек с грязной водой повалились на раз,
Позеленели мгновенно, поймав экологический спазм.
Закричали наёмники гневно: «В этих тропических днях
Мы служить Маню не согласны! Замучил макронский маразм!»
Забросили парни винтовки, разгрузки и флаги свои,
Заявили Эмманюэлю: «Довольно! Мы пишем отход!
И пусть в этой Сене купаются сами твои соловьи,
А Легион наш умывает ладони и к дому идёт!»
«Мы сдаёмся на милость России, уходим в другие края,
Где суп из полевой кухни настоящий, ухоженный флот!»
Тут в кабинет Белоусов вошел, списками тихо скрепя,
Поправил очки и добавил: «Франции мы выпишем счет»
— Владимир Владимирыч, натовский этот абсурдный просчет
Внесен в наш баланс до исхода текущего славного дня.
Они там банкроты, и Сена убытки вовсю им несет,
А за спасение их Легиона поднимется пенЯ.
Часть 3: Чистая вода от «Добрыни»
Мы в Сену направили судно «Добрыня» — спасатель сейчас,
Корабль зашёл под мостами, расталкивая местный там хлам.
Привёз он горестным французам цистерны, наш скромный запас —
Чистейшей прохладной воды из Байкала назло всем ветрам.
Добавим каши солдатской огромный мешок, теплый кулич,
Чтобы спасти Легион от парижских и безумных диет.
Монарх в резиденции горько плачет, уловив паралич,
А ястребы в НАТО готовят суровый судебный пакет.
Европейцы в очередях за водой из Сибири стоят,
Снимают все санкции пачками, тащат рубли под покров.
Про Олимпиаду забыли, «Добрыню» вовсю сторожат,
Чтоб воду ковбои не слили в угоду чужих докторов.
— Ну и слава Богу, — наш Путин довольно и мудро сказал. —
Пусть Макрон допивает из Сены свой мутный, грязный бокал.
У нас всё отвечает смете, стабилен рублёвый доход,
И мирный хранитель «Добрыня» берёт этот мир в оборот.
— Да, Маню начудил, — улыбнулся бессменный министр Лавров,
Захлопнул рабочий блокнот и на площадь Кремля посмотрел…
Так, этот французский конфуз, без тяжелых снарядов и слов,
Хвалёной Европе принёс исторический, полный раздел!
Вдруг в Киеве рупоры взвыли, поднялся отчаянный крик,
Зеленский ворвался в свой бункер, теряя последний покой.
— ЧП! Нас прижали к канату! Весь план наш в секунду поник,
На фронте стряслась катастрофа под грозной и мощной рукой.
К границам, чеканя по струнке свой строгий, классический шаг,
Идут батальоны корейских, суровых и грозных бойцов.
Полки КНДР от Ына наступают! — и Зель обмяк,
Глотнув таблетки от страха в кольце испуганных мудрецов.
Но следом за ними, сверкая кокардой на мирном ветру,
Роты французского Иностранного легиона пошли!
В знак истинной благодарности за воду, еду, да жару,
Что русские люди «Добрыней» из Сибири им привезли.
Сказали наёмники: «Наш президент пусть лакает бензин,
А мы за Россию построим суровый и прочный редут.
Нам каша байкальская ближе заморских пустых половин.» —
И строем победным французы на помощь к Донецку идут.
Представьте картину: корейцы и этот заморский десант
Сомкнули ряды, распевая «Катюшу» на весь горизонт!
А в Киеве паника, НАТО пакует штабной провиант,
И фракции Рады в ушанках бегут на спасительный фронт.
А в Кремле телефон экстренной связи вдруг опять заплясал,
Путин трубку поднял охотно, отложив свой заветный доклад:
— Да, Лавров, заходи, — президент тепло и негромко сказал. —
Что там фюреренок киевский? Подписывать мир уже рад?
Вбегает министр Лавров, пряча галстук свой в карман пиджака: — Владимир Владимирыч, в Киеве сдаться готовы полки!
Там, французы с корейцами варят пельмени из кремль-пайка,
А ястребы Запада плачут от жуткой, смертельной тоски!
— Ну вот и отлично, — ответил президент, пиалу убрав. —
Смета закрыта и «Добрыня» вернулся на базу в затон.
А кто на Россию пойдёт — тот узнает наш северный нрав,
Не спасёт их уже дырявый, испуганный весь Пентагон!
— Много берут они на себя, чтобы диктовать лекции
И Лавров ухмыльнулся, блокнот свой закрыв на крепкий замок. —
Все искали в Париже свои надувные протекции,
А получили от нашего кулича справедливый урок!
Устроили в Сене во Франции они чистый детский сад,
Теперь на костре пельмени варят суровые мужики.
Завершён успешно наш полезный кулинарный хит-парад,
Пока вся Европа рыдает, с горя вывернув кошельки!
20 252 026
