Лесник хмыкнул: — Ага. Значит, знаешь, что самое важное? — Ну… не брать червивые? Не топтать грибницу? — Самое важное — что обложка не гарантирует содержание. Бывает, человек в мешке из-под картошки, а знает лес лучше меня. А бывает, весь в наклейках, а не в состоянии сыроежку от поганки отличить. Так что давай не по снаряжению судить, а по делу.
Лесник строго глянул на бледного любителя тихой охоты поверх очков и спросил: — Ты чего такой грустный?
-да вот, что-то взгрустнулось, пролепетал грибник
-Ага,ага!А бледный, видимо оттого, что взбледнулось. И довольный, запрокинул назад голову и заржал, как сивый мерин.
Поняв, что его шутка не нашла отклика у грибника-неудаченика, стряхнул с лацкана засаленого плаща невидимую пылинку, строго рявкнул
-Что у тебя в корзинке то? Ага!
-Сы.сы.сы
-Не ссы, а сыроежка, ну ты, лошара! Парашу предъявить документами!
Балда, у тебя заявка на опята, а на сыроежки, отдельный бланк нужон. Форма 17‑С, «На право изъятия условно‑съедобных, но морально готовых быть собраными и согласных на переработку, а именно.. Ты чего с ней делать собирался? Грибник, переминаясь с ноги на ногу прошептал
-Жарить
Тогда форма 17-СЖ. Да, не вздумай ставить галочку в графе «Для немедленного употребления» — комиссия не пропустит.
Грибник вздохнул, почесал затылок: — Да я просто одну, вон ту, с кокетливой шляпкой… Нечаянно.. Одну то, наверно можно и без формы?
— И одну нельзя. У нас учёт поштучный.
Ладно, сейчас составим акт осмотра, потом протокол о намерениях, потом согласуем с белкой из третьего дупла, как пойдешь налево — она тут за вроде как за смотрящего по грибному сектору. Без её визы ни один гриб не считается добровольно собранным.
— А если я просто возьму и уйду? — Тогда это уже не сбор, а хищение в особо аппетитном размере. Штраф — уборка валежника, сбор мусора, который туристы оставили на опушке, три ведра опят, в фонд помощи голодающим зимой зверям и публичное извинение перед папоротником.
В итоге грибник так и ушёл с пустой корзинкой, но зато с гордо выданной справкой: «Не замечен в тайном хищении и поедании сыроежек на территории квартала 12». И даже печать поставили — с отпечатком еловой шишки. Грибник вернулся домой с пустой корзинкой, но с чувством выполненного долга и справкой. Положил справку на огромный, холодильник — двухдверный, гордость семьи. Жена глянула и говорит: — эй, добытчик, а есть-то мы что будем? — Не «что», а «по какой форме», — поправил её грибник, уже заражённый бюрократическим духом леса. — Я теперь человек проверенный. Законы знаю.документики имею, с печатью. Еловой.-тут он многозначительно нахмурил брови и вскинул указательный палец правой руки вверх.
Жена грибника-неудачника, вздохнула и открыла холодильник. Там, в овощном ящике сиротливо лежал килограмм картошки.
-это что?-ткнул пальцем в картошку, уточнил новоиспеченный бюрократишка.
-картошка! Просто картошка. — Без формы, без визы белки, без согласования с папоротником. Грибник побледнел. — Это… зарегистрировано? — Это куплено в «Пятёрочке», — ответила жена. — Чек есть. — Чек! — обрадовался грибник. — Чек — это документ! Форма 12-П, «Подтверждение факта приобретения продовольственного товара лицом, не склонным к тайному лесному хищению». Годится!
С этого дня, в одной квартире, взятой в ипотеку, жить стало веселее, а скорее сказать невыносимо.
Одним ранним утром, следующее сосед дядя Коля постучал в дверь: — Слышь, у тебя соль есть, ложку дашь?
Грибник прищурился: — Ложку? Какую? Столовую? Чайную? Десертную? А согласование есть? У нас тут, между прочим, учёт поштучный. Соль — стратегический ресурс. Форма 4-С, «Акт временного пользования минеральным ресурсом с возвратом эквивалентного объёма в течение трёх рабочих дней». Без визы председательницы подъезда не дам. Она, кстати, за смотрящую по третьему этажу. Без её печати — ни кристалла.
Знатно прифигевший дядя Коля постоял, помолчал и ушёл за солью к тёще.
Через неделю грибник собрался в магазин. Оделся, вышел на крыльцо, посмотрел на небо. Небо было серым. Грибник нахмурился: — Согласно прогнозу погоды, на сегодняшний день, солнечно, без осадков.
А где разрешение на пасмурность? Дождь? Задрав голову и посмотрев на потемневшее небо, сотрясая кулаками, исполненный негодования он взопил.
-эй,вы там небесная, канцелярия, совсем страх потеряли? припухли, я бы сказал. Думаете на вас управы нет? И тут, как на зло, ливанул ливень, как из ведра.
-это че за на, это кто разрешил, кто согласие подписал? Предоставить Форму 9-О, «Уведомление об атмосферных осадках временного характера с приложением справки от метеостанции о добровольном выпадении осадков на данную территорию».!
Дождь, разумеется, не стал ждать и пролился как ни в чём не бывало с удвоенной силой. Грибник оскорбился и написал жалобу — на облако. В небесную канцелярию, в комитет осадков и надзора за погодой, а за одно и в отдел по охране атмосферных явлений. Там конечно (канцелярия бюрократия, туда, сюда) но письмо приняли, присвоили номер, поставили в очередь — за туманом и радугой. Радуга со саоим заявлением стояла в очереди с начала лета и всё никак не могла подтвердить наличие семи цветов, и того, что никакого отношения к запрещеннному в некоторых странах сообществу из 5 букв и его флагу-символу,не имеет. Ей всё возвращали: «Графа «интенсивность спектра» заполнена неразборчиво. Подпись лука — фальсификат. Луки не являются уполномоченными лицами».
К октябрю грибник оформил бумаги уже на всё: рождение кота Феофана (Форма 2-М «О появлении живого существа без предварительной заявки на увеличение биоразнообразия в пределах жилплощади»), чихание (Форма 1-Ч «Кратковременное аэрозольное выбрасывание, не повлёкшее за собой жалоб со стороны комнатных растений»), и даже сон (Форма 8-С «Заявка на временное приостановление сознания в часы, не противоречащие циркадным нормам лесного квартала 12»).
Кот Феофан оскорбился, до глубины лохматой кошачьей души и отказался ставить подпись на форме 2-М. Комиссия постановила: считать кота «условно появившимся, но морально не готовым подтвердить факт своего существования». Коту это, впрочем, было абсолютно параллельно. Что он и закрепил, нассав два раза хозяину в тапки, один раз нагадив в шляпу и раскидав хозяйские носки по самым укромным уголкам дома,
А лесник бюрократ (хотя мне кажется он был вампиром с бюрократическим садо-мазо уклоном) тем временем не сидел сложа руки. Он разработал новую форму — 666-Г: «Акт о подозрении в намерении задуматься о сборе грибов, не приведённом к действию, но содержащем признаки преступного умысла». Теперь даже думать про грибы стало рискованно. Один пенсионер из соседней деревни просто вспомнил рецепт грибного супа —и, оба-на, думаете пенсию ему повысили? Фигушки, пришла повестка. Пока разбирались, суть да дело и снег выпал, да и пенсионер кулинар-фантазер слег с альцгеймером. Дело прикрыли, а деду выдали справку: «Не замечен в приготовлении, но замечен в размышлениях кулинарного характера». И взяли на карандаш.
К зиме, бюрократия расползлась по городу и области с пугающей быстротой. Бюрократы крючкотворы добрались до снега. Была введена новая форма. Форма 33-Б: «Уведомление о намерении выпасть снегом на территорию, не входящую в реестр сезонно-допустимых для белого покрова зон». Снег, правда, психанул и наплевав на формы, из принципа выпал везде. Даже в далекой африке и саудовской аравии. Лесник выписал ему штраф — триста талых ручьёв по весне и публичное извинение перед муравейником.
Жители муравейника, штраф не приняли. Пояснив, что у них время приёма штрафов — только в летний сезон, и берут они, извинения в натур выражении. И вобще, сейчас зима, и они спятт. Лесник внес в список первоочередных дел на весну, вопрос о муравейнике. А точнее на каком основании и с чьего позволения,
Муравейник уклоняется от взаимодействия. И подчеркнув надпись дважды, прибавил
Завести дело о саботаже…