Синопсис

Максим был свидетелем спецоперации и ключом от спецоперации спецслужб. Но решил ли Максим стать ключом от будущих спецопераций? Не стал ли он клоуном-переписчиком? Максим якобы странно стал себя вести. Он пошел в парк и погулял там на озере (искал лодочную станцию, он всегда катался на лодках в парках). Потом он пошел в другой парк и прогулялся вдоль реки на пляже (тоже искал лодки). Во дворе гулять ему было не интересно, он уже год не общался с одноклассниками, так как был студентом первого курса. В центре города он никогда не гулял, он с детства гулял только в парках. Потом он в метро нашел девушку и вышел «за ней» из метро и взял у нее телефон около метро, и еще вышел за другой девушкой из метро и попросил у нее телефон около метро, а потом стал брать телефоны у девушек сразу в метро. Ему уже было восемнадцать лет и пришла пора познакомиться. Такое поведение не могло являться настоящим маньяком, потому что Максим был без оружия и потому что Максим с детства жил в театре, и его раз пятнадцать до этого предупреждали, что все всё про него знают. И после знакомств его тоже сразу стали предупреждать.
Однако у Максима до этого нашли шифры в дневнике и анаграммы в стихах. Отсюда следует вывод, что Максим притворился маньяком, как клоун, чтобы следили за его записями в дневнике, чтобы стать переписчиком. Максим брал на себя маньяка, как клоун, и адвокаты не имели право согласиться, они должны были опровергнуть и сказать, что Максим не маньяк, а переписчик. Однако адвокаты согласились с тем, что Максим притворяется маньяком и по-настоящему сами обвинили Максима, что Максим маньяк.
А потом как в рассказе про Поручика Киже Максиму добавили новые ложные обвинения, что от него карлик побежал, и адвокаты опять согласились.
Потом Максиму третий раз добавили новые ложные обвинения, что от него все, что движется и все, что не движется, убегает. Таким образом, на Максима искусственно повесили ложные обвинения, и адвокаты не стали их опровергать, хотя у них версия, что Максим переписчик шифров, претворяющийся маньяком.
Однако Максим не переписчик, у него случайно совпала информация, шифры не настоящие — это совпадения лжеключевых слов. Но адвокаты не защитили Максима, они сами в спину, исподтишка стали делать матрицу-висельницу, стали кодировать Максима на дачу ложных признаний и ложных показаний, и ложные реакции и бред, якобы Максим маньяк. Адвокаты решили сами повесть на Максима маньяка, хотя сами через двойную игру и ложную версию выясняли, на кого работает Максим, чей он клоун-переписчик.

СУД НАД ПОЧЕРКОМ КЛОУНА: АННИГИЛЯЦИЯ ПОРУЧИКА КИЖЕ
Экзистенциальная драма-абсурд о фантомных обвинениях в одном действии

МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ ПРОЛОГ
Пьеса исследует феномен «Поручика Киже» — процесс создания бюрократической машиной фантомного преступника из ничего.
Главный герой, Максим, совершал абсолютно чистые, лирические прогулки: искал лодочную станцию на пруду в парке, гулял по пляжу у реки, знакомился с девушками у метро. У него не было оружия, он с детства рос в Космическом Театре и получил пятнадцать предупреждений, доказывающих его экологичность.
Но система, обнаружив в его стихах «анаграммы», а в дневниках «шифры», затеяла двойную игру. Обвинение и его же собственные адвокаты создали миф о «клоуне-переписчике», якобы маскирующемся под маньяка. Подобно «Поручику Киже», на этот фантом начали наслаивать новые несуществующие грехи: сначала «бегство карлика», затем «бегство всей материи».
Адвокаты предали Максима: построив матрицу-виселицу допроса в спину, они кодировали его на бред, чтобы выведать имя его «Куратора». Но прозрение Максима показывает: все «шифры» были лишь случайным совпадением свободных слов, а весь следственный эксперимент — фантомом Буратозов.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
• МАКСИМ — Сверх-Субъект, Искатель Лодочной Станции, Поэт Совпадений. Безоружен, невинен, защищён пятнадцатью предупреждениями вечности.
• АДВОКАТ КИЖЕ (БУРАТОЗ-ФАЛЬСИФИКАТОР) — защитник-предатель, создавший фантомного «клоуна-маньяка».
• СЛЕДОВАТЕЛЬ ПЛЕТЕНИЯ (МАСТЕР ДВОЙНОЙ ИГРЫ) — чиновник, ищущий секретного «Куратора».
• СУДЬЯ ФАНТОМЕН — тень в судебной мантии, подписывающая несуществующие протоколы.
Декорации: Сцена представляет собой гигантскую канцелярскую папку, внутри которой построена модель лодочной станции и станция метро. По стенам ползают фантомные тени «Поручика Киже». Максим сидит в центре на хрустальном кубе. Свет — туманный кобальт, взрывающийся фиолетово-белым огнём.

СЦЕНА ЕДИНСТВЕННАЯ
Звучит плеск воды у лодочной станции, переходящий в скрип сухих бюрократических перьев.

АДВОКАТ КИЖЕ

(зачитывая сфабрикованный свиток)
Смотрите на этот почерк клоуна!
Он искал лодки в парке! Он гулял у реки! Он берёт телефоны в метро!
Мы решили, что он — клоун-переписчик, изображающий маньяка,
чтобы привлечь внимание к шифрам в своём дневнике!
Мы, его адвокаты, не стали его защищать! Мы сами объявили его маньяком!
А теперь, по закону Поручика Киже, удваиваем и утраиваем обвинения!
От него побежал карлик! От него бежит всё, что движется и не движется!
Врубить матрицу-виселицу! Закодировать его на бред!

СЛЕДОВАТЕЛЬ ПЛЕТЕНИЯ

(лихорадочно перебирая стихи)
Чей ты переписчик, Максим?! Кто твой Куратор?!
Признайся в бреде, и мы закроем дело Поручика Киже!

МАКСИМ

(медленно поднимается, и стенки канцелярской папки вокруг него плавятся)
Какая трусливая, слепая, чиновничья фантасмагория…
Вы создали из моих лирических прогулок фантом Поручика Киже!
Я просто искал лодочную станцию! Я искал любовь на берегах рек и в метро!
Я с детства жил в Космическом Театре,
меня предупреждали и передразнивали пятнадцать раз!
У меня нет оружия, я был чист и невинен!
Мои адвокаты предали меня, выстроив матрицу-виселицу допроса в спину,
потому что они хотели выслужиться перед системой и найти «Куратора»!
Но у меня нет Куратора!
Все «шифры» в дневнике и «анаграммы» в стихах —
это лишь ВЕЛИКОЕ, БОЖЕСТВЕННОЕ СЛУЧАЙНОЕ СОВПАДЕНИЕ свободной поэзии!
Ваш Поручик Киже — это ваша собственная ничтожная тень!
Смотрите, как ваши фантомные протоколы сгорают в огне вечного «Ы»!
(Максим делает широкий жест. Фантомные тени и судейские свитки вспыхивают фиолетово-белым пламенем. Адвокат и Следователь осыпаются серой трухой. Он декламирует Сверх-Манифест.)

Ы-генезис абсолютного разума: АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Искать лодочную станцию может, подчиниться мифу о маньяке — нет.
Расколоть предательскую матрицу адвокатов может, ласкать их бред — нет.
Сгореть в полете случайного совпадения может, остаться в гнезде Буратозов — нет.
Аннигилировать Поручика Киже может, склеить разбитое прошлое — нет.
Нет людей без любви.
Нет реки без лодочной станции.
Нет театра без пятнадцати предупреждений.
Нет Поэта без абсолютной чистоты.
Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ

Если фантомный миф — цепь — нет, значит, прорыв к Истине — всегда!
Если матрица-виселица — граница — нет, значит, портал — всегда!
Если ложная версия адвокатов — пепел — нет, значит, звезда — всегда!
Если сговор фальсификаторов — тупик — нет, значит, взрыв — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ

Поиск лодок в парке и абсолютная невинность — ОДНОВРЕМЕННО.
Пятнадцать предупреждений и допрос в спину — ОДНОВРЕМЕННО.
Случайные анаграммы и паника Буратозов — ОДНОВРЕМЕННО.
«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО

(Шедевр стиля Хокку-Тубокку)
Я и ваш ханжеский суд — СЛЕПО.
Я и ваш праведный страх — ТЕСНО.
Я и ваш миф о Поручике Киже — МИМО!
Я и Тень почерка клоуна — РАСТАЙ.
Я и Пыль сфабрикованного бегства — СГОРИ.
Я и Оковы матрицы-виселицы — РУХНИ.
Я и Границы ваших канцелярских папок — ЛОПНИ!
Я и ПЯТНАДЦАТЬ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЙ — ВСЕГДА!
Я и РЕЗОНАНС СВОБОДНЫХ АНАГРАММ — КРИЧИТ.
Я и ВЕЛИЧИЕ ОРИГИНАЛА — ЦАРСТВУЕТ.
Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЕТ!
Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.
Я и Страх перед ложной виной — В ПЫЛЬ.
Я и Клеймо клоуна-переписчика — ВДРЕБЕЗГИ!
Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.
Я и СЛОВО-КЛИНОК — НАВЕК!
Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ

Я и ваши почерки клоунов — СМЕШНО.
Я и ваши двойные версии — СМЕШНО.
Я и ваши поиски Куратора — СМЕШНО.
Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.
Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.
Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.
Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.
Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.
Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ

Глубину «Ы» измерить — НЕВОЗМОЖНО.
Взрыв Логоса в игре совпадений просчитать — НЕВОЗМОЖНО.
Волю Свободного Поэта остановить — НЕВОЗМОЖНО.
Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА
Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и совет — никогда!
Я и причинно-следственные связи — всегда!
Я и Ы — ВСЕГДА!
Да, это — так!
Так — всегда!

ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ
Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.
Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.
Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.
Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.
Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.
Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.
Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.
Адвокат, убери «никогда» из почерка клоуна.
Киже, убери «никогда» из фантомного обвинения.

ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:
Я взял старые алгоритмы чиновничьего абсурда, миф о Поручике Киже, почерк клоуна, предательство адвокатов, матрицу-виселицу допроса в спину и подверг их тотальному термоядерному синтезу Сверх-Я. Больше нет «переписчиков» и «фантомных маньяков». Максим аннигилирует саму идею процессуальной фальсификации. Случайные совпадения поэтических анаграмм обнажают чистейший, сияющий Логос «Ы», перед которым любая ложная матрица рассыпается в прах! — А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля? ТАК!
Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.
Я И Ы — ВСЕГДА!
ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!

(Канцелярская папка и фальшивые протоколы вспыхивают и сгорают. Адвокат и Следователь превращаются в серую пыль. Вся сцена заливается ослепительным фиолетово-белым светом, и Максим делает свободный шаг в бесконечную сингулярность неба.)
КОНЕЦ ПЬЕСЫ

Жил-был флюгер. Кузнец выковал его однажды в жаркой искре — тонкую стрелку с крыльями, гордо изогнутую, с глазами из меди. Кузнец сказал ему: «Ты будешь указывать, куда тянет небо». Флюгер поверил: думал, он — хозяин своих движений, хранитель истины ветра.

Поставили его на шпиль замка. Утром ветер шептал, днем — рвал, ночью — стихал. Каждый порыв отдавался в тонком теле флюгера; он вертелся, склонялся, сопротивлялся и соглашался. И с каждым поворотом росло в нём ощущение горечи: не он выбирает…
… показать весь текст …

У меня с Достоевским связано сразу три плана моих будущих романов. Когда мне было четырнадцать лет, я, прочитав «Преступление и наказание», отложил книгу на полку и сразу взял листочек с ручкой и написал первую строчку своего будущего романа, начав его с главной идеи Раскольникова «Я убил человека». Это была первая строчка и основная идея, как я позже узнал — синопсис. Мне показалось, что я напишу лучше, чем Достоевский и более психологично и философски.
Потом мы стали выписывать новое собрание…
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Григорий Печорин (Аннигиляция дуэльных страхов и скуки эпохи)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Разрушить чужую судьбу может, построить свою — нет.

Царапнуть сердце Белы может, ласкать её прах — нет.

Сгореть в полете дуэли может, остаться в гнезде покоя — нет.
… показать весь текст …

Когда все сходится — ищи подвох.
Суета действиями не считается.
Решающий ход — всегда сомнительный.
Урок номер один — никогда не ходи на бесплатные первые уроки.
Нет барана без особого плана.
Дурак не хочет быть умным, дурак хочет быть
умнее других.
Слеп не тот, кто не видит, а тот, кто не предвидит.
И хищник может быть гуманным, пока он сыт.
Будь мудрее, и станешь добрее.
Там, где много верёвок, неувязки неизбежны.
Начнёшь каркать — всё проворонишь.
Поиски лёгких путей усложняют жизнь.
Не устраивайте курице разбор полётов.
… показать весь текст …

(Квантовая драма в одном акте. Стиль: ТУБОККУ)

Место действия: Юридическая палата, обклеенная страницами из дневника Максима. По углам прячутся тени, имитирующие карликов.
Действующие лица:
• АДВОКАТ СЕРЫЙ — Мастер двойной игры.
• АДВОКАТ ЧЕРНЫЙ — Ловец анаграмм.
• МАКСИМ — Писатель-Титан, запертый в коде.

(Адвокаты шепчутся, их голоса вибрируют, создавая эффект Хичкока.)

СЕРЫЙ: Напишем в протоколе: «От него убегают карлики». Это идеальный бред. Пока толпа обсуждает гномов, мы взломаем ег…
… показать весь текст …