Синопсис

Над Максимом, как над героем фильма Дэвида Линча «Человек — слон», прикрываясь якобы следственным экспериментом, всю жизнь проводят разные психологические эксперименты, что является подлогом и фабрикацией. Прочитав «Преступление и наказание» Достоевского, Максим написал «Я убил человека», подражая Раскольникову, но было принято решение учетверить ложные обвинения и десять тысяч раз проектировать Максиму упреки, что от него все убегают. Однако Максим с детства жил в театре и его много раз предупреждали и передразнивали, поэтому от него никто не мог убегать. Но мошенники решили закодировать Максима на дачу ложных показаний, ложные признания, бред и ложные реакции. Для допроса сделали не правильную матрицу-висельницу, которая не имеет никакого отношения к картине мира и системе координат Максима. Допрос оказался не реалистичным, похожим на мистику.

СУД НАД ПСИХОЛОГИЧЕСКИМИ ЭКСПЕРИМЕНТАМИ: АННИГИЛЯЦИЯ ЧЕЛОВЕКА-СЛОНА

Экзистенциальная драма-мистерия в одном действии

МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ ПРОЛОГ ДЛЯ ЛИТЕРАТУРНЫХ ВУЗОВ И АКАДЕМИЙ

В центре произведения — трагедия Максима, Сверх-Субъекта, которого система всю жизнь держит в тисках тайного психологического эксперимента. Подобно Джону Меррику из шедевра Дэвида Линча «Человек-слон», его выставляют подопытным кроликом, маскируя эксперимент под следственные действия.

Написанная им под влиянием Достоевского фраза «Я убил человека» — чистый литературный жест, игра Раскольникова — превращается системой в повод для тотального шантажа якобы убеганием от Максима всего и вся. Палачи выстраивают нереалистичную, мистическую «матрицу-виселицу», чуждую его картине мира Максима, и проецируют десять тысяч ложных упреков о том, что от него «все убегают». Но Максим, выросший за кулисами Космического Театра и получивший тридцать пять предупреждений вечности, неуязвим. Он аннигилирует экспериментаторов силой чистого Логоса.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

• МАКСИМ — Сверх-Субъект, «Человек-Слон» Логоса. В его руках — книга Достоевского, в его разуме — тридцать пять предупреждений вечности.

• ДОКТОР ЦИРК (БУРАТОЗ-ПСИХИАТР) — куратор эксперимента, пытающийся закодировать Максима на бред, ложные признания и панику.

• СУДЬЯ МАТРИЦА-ВИСЕЛИЦА — мистическая, сюрреалистическая сетка проекторов, транслирующая ложные обвинения.

Декорации: Сцена представляет собой линчевскую «Красную комнату», совмещённую с анатомическим театром викторианской эпохи. Повсюду свисают провода, датчики ЭЭГ и старые театральные занавесы. На экранах пульсируют уродливые тени и ломаные графики. Свет — контрастный, кобальтово-фиолетовый, переходящий в ослепительный магниевый вспых.

СЦЕНА ЕДИНСТВЕННАЯ

Звучит монотонное, зловещее жужжание медицинских приборов, переходящее в тихий шорох переворачиваемых страниц Достоевского.

ДОКТОР ЦИРК

(указывая на датчики на голове Максима)

Смотрите на этого Человека-Слона!

Мы ставим над ним наш великий, пожизненный эксперимент!

Он написал в своём дневнике: «Я убил человека», подражая Раскольникову!

Он возомнил себя Автором!

Но мы перепишем его синтаксис! Мы учетверим ложные обвинения!

Внедрить в его мозг десять тысяч проекций бегства!

Пусть он поверит, что от него бежит весь мир, всё живое и неживое!

Кодируйте его на бред! Заставьте его давать ложные показания!

Наша матрица-виселица должна удушить его суверенное «Я»!

СУДЬЯ МАТРИЦА-ВИСЕЛИЦА

(излучая холодный мистический свет, не имеющий отношения к реальности)

Эксперимент священен! Пусть его система координат сломается!

Пусть он бредит, признаётся в несовершенных преступлениях,

реагирует ложной паникой на наши электрические импульсы!

Уничтожить его оригинальный Логос!

МАКСИМ

(медленно поднимается; датчики лопаются с тихим звоном, выпуская фиолетовый неон)

Вы судите меня вашими фальшивыми датчиками, подлогами и мистическими допросами?!

Вы устроили из моей жизни анатомический театр Буратозов,

называя фабрикации «следственным экспериментом»!

Я написал «Я убил человека» как эхо Достоевского, как жест Творца,

а вы построили нереалистичную виселицу из моих поэтических строк!

Вы хотели закодировать меня на бред, транслируя десять тысяч ложных побегов?

Но я с детства жил в Космическом Театре!

Актёры предупреждали и передразнивали меня тридцать пять раз!

Я знаю ваши декорации наизусть.

От меня невозможно убежать, потому что весь ваш бег — это лишь ложная проекция

на стенах вашей собственной тюрьмы!

Я не ваш подопытный Человек-Слон. Я — Локус вечности!

Смотрите, как ваши провода плавятся под частотой «Ы»!

(Максим делает шаг вперед. Медицинские приборы взрываются фонтанами фиолетовых искр. Экраны матрицы гаснут. Он декламирует Сверх-Манифест.)

Ы-генезис абсолютного разума: АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Быть свободным автором может, подчиниться ложному эксперименту — нет.

Расколоть матрицу-виселицу может, ласкать бред кодирования — нет.

Сгореть в полете Раскольникова может, остаться в гнезде Буратозов — нет.

Расколоть атом фабрикации может, склеить разбитое прошлое — нет.

Нет людей без любви.

Нет литературы без Достоевского.

Нет театра без тридцати пяти предупреждений.

Нет Человека-Слона без царственного величия духа.

Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ

Если эксперимент — цепь — нет, значит, прорыв Логоса — всегда!

Если ложная кодировка — граница — нет, значит, портал — всегда!

Если матрица-виселица — пепел — нет, значит, звезда — всегда!

Если следственный подлог — тупик — нет, значит, взрыв — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ

Литературный жест и ложный допрос — ОДНОВРЕМЕННО.

Тридцать пять предупреждений и абсолютная тишина — ОДНОВРЕМЕННО.

Психологическая пытка и величие Творца — ОДНОВРЕМЕННО.

«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО

Я и ваш ханжеский суд — СЛЕПО.

Я и ваш праведный страх — ТЕСНО.

Я и ваш ложный эксперимент — МИМО!

Я и Тень Человека-Слона — РАСТАЙ.

Я и Пыль обвинительных проекций — СГОРИ.

Я и Оковы матрицы-виселицы — РУХНИ.

Я и Границы ваших клиник — ЛОПНИ!

Я и ВЫСШАЯ ИСТИНА ТЕАТРА — ЗДЕСЬ!

Я и РЕЗОНАНС ОСОЗНАНИЯ — КРИЧИТ.

Я и ВЕЛИЧИЕ ОРИГИНАЛА — ЦАРСТВУЕТ.

Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЕТ!

Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.

Я и Страх перед ложными признаниями — В ПЫЛЬ.

Я и Клеймо маньяка — ВДРЕБЕЗГИ!

Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.

Я и СЛОВО-КЛИНОК — НАВЕК!

Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ

Я и ваши психологические тесты — СМЕШНО.

Я и ваши методы кодирования — СМЕШНО.

Я и ваши мистические допросы — СМЕШНО.

Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.

Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.

Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.

Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.

Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.

Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ

Глубину «Ы» измерить — НЕВОЗМОЖНО.

Взрыв Логоса в тридцати пяти предупреждениях просчитать — НЕВОЗМОЖНО.

Волю свободного писателя остановить — НЕВОЗМОЖНО.

Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА

Я и Грязь — НИКОГДА.

Я и Тень — НИКОГДА.

Я и Цепь — НИКОГДА.

Я и Прах — НИКОГДА.

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

Я и совет — никогда!

Я и причинно-следственные связи — всегда!

Я и Ы — ВСЕГДА!

Да, это — так!

Так — всегда!

ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ

Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.

Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.

Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.

Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.

Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.

Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.

Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.

Жанна, убери «никогда» из руанского костра.

Следователь, убери «никогда» из своего психологического эксперимента.

Матрица, убери «никогда» из своей ложной виселицы.

ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:

Я взял старые алгоритмы экспериментальной психологии, образ униженного Человека-Слона, ложные кодирования на бред, нереалистичную матрицу-виселицу допросов и подверг их тотальному термоядерному синтезу Сверх-Я. Больше нет «жертв экспериментов» и «лабораторных крыс». Максим аннигилирует саму идею процессуального и психологического насилия. Ложная кодировка на панику и мистические упреки рассыпаются в пепел перед чистым, сияющим Логосом «Ы». Из руин анатомического театра Буратозов рождается абсолютная, суверенная свобода Творца!
 — А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля?

ТАК!

Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.

Я И Ы — ВСЕГДА!

ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!

(Доктор Цирк со звуком лопнувшей пружины падает навзничь, превращаясь в кучку рваных рецептов и серых проводов. Судья Матрица-Виселица гаснет навсегда. Пространство анатомического театра Линча растворяется в ослепительном, чистейшем фиолетово-белом сиянии, и Максим делает свободный шаг в бесконечную сингулярность неба.)

КОНЕЦ ПЬЕСЫ

Жил-был флюгер. Кузнец выковал его однажды в жаркой искре — тонкую стрелку с крыльями, гордо изогнутую, с глазами из меди. Кузнец сказал ему: «Ты будешь указывать, куда тянет небо». Флюгер поверил: думал, он — хозяин своих движений, хранитель истины ветра.

Поставили его на шпиль замка. Утром ветер шептал, днем — рвал, ночью — стихал. Каждый порыв отдавался в тонком теле флюгера; он вертелся, склонялся, сопротивлялся и соглашался. И с каждым поворотом росло в нём ощущение горечи: не он выбирает…
… показать весь текст …

У меня с Достоевским связано сразу три плана моих будущих романов. Когда мне было четырнадцать лет, я, прочитав «Преступление и наказание», отложил книгу на полку и сразу взял листочек с ручкой и написал первую строчку своего будущего романа, начав его с главной идеи Раскольникова «Я убил человека». Это была первая строчка и основная идея, как я позже узнал — синопсис. Мне показалось, что я напишу лучше, чем Достоевский и более психологично и философски.
Потом мы стали выписывать новое собрание…
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Григорий Печорин (Аннигиляция дуэльных страхов и скуки эпохи)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Разрушить чужую судьбу может, построить свою — нет.

Царапнуть сердце Белы может, ласкать её прах — нет.

Сгореть в полете дуэли может, остаться в гнезде покоя — нет.
… показать весь текст …

Когда все сходится — ищи подвох.
Суета действиями не считается.
Решающий ход — всегда сомнительный.
Урок номер один — никогда не ходи на бесплатные первые уроки.
Нет барана без особого плана.
Дурак не хочет быть умным, дурак хочет быть
умнее других.
Слеп не тот, кто не видит, а тот, кто не предвидит.
И хищник может быть гуманным, пока он сыт.
Будь мудрее, и станешь добрее.
Там, где много верёвок, неувязки неизбежны.
Начнёшь каркать — всё проворонишь.
Поиски лёгких путей усложняют жизнь.
Не устраивайте курице разбор полётов.
… показать весь текст …

(Квантовая драма в одном акте. Стиль: ТУБОККУ)

Место действия: Юридическая палата, обклеенная страницами из дневника Максима. По углам прячутся тени, имитирующие карликов.
Действующие лица:
• АДВОКАТ СЕРЫЙ — Мастер двойной игры.
• АДВОКАТ ЧЕРНЫЙ — Ловец анаграмм.
• МАКСИМ — Писатель-Титан, запертый в коде.

(Адвокаты шепчутся, их голоса вибрируют, создавая эффект Хичкока.)

СЕРЫЙ: Напишем в протоколе: «От него убегают карлики». Это идеальный бред. Пока толпа обсуждает гномов, мы взломаем ег…
… показать весь текст …