Теперь я знаю
АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ
Решётка — это страхи, что меня сковали, а стена — как привычка уметь жить во мгле, но я считаю эти дни не для печали, а для тех сил, что однажды созреют во мне.
Здесь дни — как недели, уже сложились, в годы: но вера живёт, пробиваясь сквозь невзгоды:
сквозь тоску и разлуку, где боль и туман: она — мой компас, и талисман.
Как вызов судьбы, звонки и подъёмы: где крик — и шаги вертухАя: в них, — ритмы ошибок моих я узнАю: но в сердце есть карта ходов: где ждёт, меня воля без железных оков.
Теперь я знаю: воля не ворота, она не ключ в замке, не ветер за спиной, она как пламя в моём сердце бьётся, там, где судьба ведёт меня дорогой непрямой.
Будет час, дверь тюрьмы распахнётся, ключ в железном замке в тишине повернётся, я выйду на волю, не сломан борьбой, но жёстко испытан лихою судьбой,
Не буду я мстить никому, не стану проклинать, я сумел веру сберечь и боль свою принимать, тюрьма не только вышки и стена, она мне как урок была дана.
Так пусть же запомнят все: кто в заточенье, кто слышит шаги вертухая, во мгле: воля — не в том, что откроются двери: а в том, чтобы дух был свободным в тебе.
Бывают— страхи, что меня пугают, стена — сомнения, глухая, как гранит, но я считаю дни, часы, минуты, и в каждом вздохе вызов говорит.
А удары судьбы — как шаги часового, где тоска гложет душу, и так мало людского, и пускай я под строгим надзором, в глазах моих воля, что ждёт за колючим забором.
На нарах сны мои о ветре и просторе, о том, как сердце ведёт меня вперёд, там жизнь, там рассветы над морем, там воля, что сердце снова обретёт.
Решётки — как пальцы, что небо сомкнули: но мысли свободны — в просторы шагнули: я вижу, как колышется поле: где ветер поёт мне о воле.
Теперь я знаю: воля не ворота, она не ключ в замке, не ветер за спиной, она как пламя в моём сердце бьётся, там, где судьба ведёт меня дорогой непрямой.
Будет час, дверь тюрьмы распахнётся, ключ в железном замке в тишине повернётся, я выйду на волю, не сломан борьбой, но жёстко испытан лихою судьбой,
Не буду я мстить никому, не стану проклинать, я сумел веру сберечь и боль свою принимать, тюрьма не только вышки и стена, она мне как урок была дана.
Так пусть же запомнят все: кто в заточенье, кто слышит шаги вертухая, во мгле: воля — не в том, что откроются двери: а в том, чтобы дух был свободным в тебе.