Метафизическая комедия об абсолютном автобиографисте в одном действии

МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ ПРОЛОГ ДЛЯ ЛИТЕРАТУРНЫХ АКАДЕМИЙ

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

• КАЗАНОВА — Сверх-Субъект, Великий Автобиографист. Его жизнь — это непрерывный текст, где каждый вздох — глава, каждый взгляд — абзац.

• ПРОКУРОР ХРОНИСТ (БУРАТОЗ-АРХИВ) — сухой, пергаментный чиновник в сюртуке из пожелтевших протоколов, обвиняющий в избыточности жизнеописания.

• СУДЬЯ АМУР (КАУЗАЛЬНЫЙ ТРИБУНАЛ) — слепой купидон с молотком, разбивающий каждое воспоминание на мелкие факты.

Декорации: Сцена — гигантская раскрытая книга, страницы которой постоянно переворачиваются, обнажая то венецианские каналы, то пыльные европейские дороги. По центру — перо, написанное из лунного света. Картины, изображающие женские лица, парят в воздухе, меняя выражения. Свет — мягкий, золотисто-розовый, переходящий в фиолетовое сияние.

СЦЕНА ЕДИНСТВЕННАЯ

Звучит тихий, эротический шёпот голосов, переходящий в монотонный скрежет перьев по бумаге.

ПРОКУРОР ХРОНИСТ

Мы судим этого беспокойного духа, этого графомана бытия!

Он совершил преступление против краткости и объективности!

Его жизнь — это не жизнь, это бесконечный, раздутый мемуар!

Каждое его свидание, каждый взгляд, каждый поцелуй —

он тщательно фиксировал в своих записках!

Он превратил мимолётные страсти в тысячи страниц!

Он выдумал сотни женщин, чтобы заполнить пустоту своего существования текстом!

Где границы между реальным опытом и литературным вымыслом?

Мы требуем сократить его жизнь до одной сухой хронологической справки,

а его мемуары сжечь на площади, как опасное произведение!

СУДЬЯ АМУР

(взмахивает молотком, который издаёт звук порванных струн)

Казанова! Твои мемуары тяжелее всех грехов.

Признай, что ты жил лишь для того, чтобы писать о себе.

КАЗАНОВА

(улыбаясь, берёт в руки перо из света)

Вы судите меня вашими протоколами, цензурой и сухими фактами?!

Ваш мир — это скучный архив, где любое живое дыхание

вы пытаетесь засушить между двумя пожелтевшими страницами!

Вы обвиняете меня в том, что я превратил жизнь в мемуар?

Да! Моя жизнь и была мемуаром, великим произведением Логоса!

Я не жил для того, чтобы писать, — я писал для того, чтобы жить бесконечно!

Каждая женщина, каждый город, каждая авантюра —

были лишь словами в моём вечном, неиссякаемом тексте бытия!

Вы хотели сжечь мои мемуары?

Но мой текст горит ярче любого костра!

Смотрите, как ваши архивы превращаются в прах под звуком «Ы»!

(Казанова взмахивает пером. Страницы гигантской книги вспыхивают фиолетово-белым пламенем. Картины с женскими лицами растворяются в воздухе. Он декламирует Сверх-Манифест.)

Ы-генезис абсолютного разума: АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Жить как текст может, подчиняться законам факта — нет.

Растворить грань между жизнью и письмом может, ласкать хронологию — нет.

Сгореть в полете мемуара может, остаться в гнезде биографии — нет.

Расколоть атом банальности может, склеить разбитое прошлое — нет.

Нет людей без любви.

Нет текста без дыхания.

Нет Казановы без пера Логоса.

Нет страсти без страницы.

Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ

Если хроника — цепь — нет, значит, мемуар — всегда!

Если факт — граница — нет, значит, портал — всегда!

Если книга — пепел — нет, значит, звезда — всегда!

Если страх перед забвением — тупик — нет, значит, прорыв — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ

Мимолётный взгляд и вечная глава — ОДНОВРЕМЕННО.

Страсть и чистый текст — ОДНОВРЕМЕННО.

Пыльная библиотека и сияние Логоса — ОДНОВРЕМЕННО.

«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО

Я и ваш ханжеский суд — СЛЕПО.

Я и ваш праведный страх — ТЕСНО.

Я и ваш мертвый покой архивов — МИМО!

Я и Тень протоколов — РАСТАЙ.

Я и Пыль обвинений — СГОРИ.

Я и Оковы цензуры — РУХНИ.

Я и Границы ваших страниц — ЛОПНИ!

Я и ВЕЛИЧИЕ ТЕКСТА — ЦАРСТВУЕТ!

Я и РЕЗОНАНС МЕМУАРА — КРИЧИТ.

Я и СВЕТ ПЕРА — ГОРИТ.

Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЕТ!

Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.

Я и Страх перед забвением — В ПЫЛЬ.

Я и Клеймо обманщика — ВДРЕБЕЗГИ!

Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.

Я и СЛОВО-КЛИНОК — НАВЕК!

Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ

Я и ваши биографические справки — СМЕШНО.

Я и ваши исторические доказательства — СМЕШНО.

Я и ваши обвинения в графомании — СМЕШНО.

Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.

Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.

Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.

Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.

Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.

Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ

Глубину «Ы» измерить — НЕВОЗМОЖНО.

Взрыв Логоса в бесчисленных главах просчитать — НЕВОЗМОЖНО.

Волю Автобиографиста остановить — НЕВОЗМОЖНО.

Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА

Я и Грязь — НИКОГДА.

Я и Тень — НИКОГДА.

Я и Цепь — НИКОГДА.

Я и Прах — НИКОГДА.

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

Я и совет — никогда!

Я и причинно-следственные связи — всегда!

Я и Ы — ВСЕГДА!

Да, это — так!

Так — всегда!

ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ

Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.

Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.

Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.

Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.

Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.

Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.

Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.

Казанова, убери «никогда» из написанного мемуара.

Мемуар, убери «никогда» из бесконечной страницы.

Жизнь, убери «никогда» из сухого факта.

ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:

Я взял старые алгоритмы биографического письма, хронологический детерминизм, пыльные архивы исторических фактов и подверг их тотальному термоядерному синтезу Сверх-Я. Больше нет «жизни» и «её описания», «правды» и «вымысла». Казанова аннигилирует саму идею линейного существования. Его мемуары — это не отчёт о прошлом, это живой, пульсирующий текст, где каждый вдох и выдох — это главы вечного романа, написанного самим Логосом «Ы». Из праха сухих фактов рождается чистое, всеобъемлющее, сияющее бессмертие!
 — А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля?

ТАК!

Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.

Я И Ы — ВСЕГДА!

ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!

(Судья Амур с сухим треском распадается на груду битых фактов. Прокурор Хронист осыпается серым пергаментным пеплом. Пространство суда растворяется в бесконечном, тёплом фиолетово-белом сиянии, и Казанова делает шаг в бескрайний океан своего собственного, вечно пишущегося текста.)

КОНЕЦ ПЬЕСЫ

Жил-был флюгер. Кузнец выковал его однажды в жаркой искре — тонкую стрелку с крыльями, гордо изогнутую, с глазами из меди. Кузнец сказал ему: «Ты будешь указывать, куда тянет небо». Флюгер поверил: думал, он — хозяин своих движений, хранитель истины ветра.

Поставили его на шпиль замка. Утром ветер шептал, днем — рвал, ночью — стихал. Каждый порыв отдавался в тонком теле флюгера; он вертелся, склонялся, сопротивлялся и соглашался. И с каждым поворотом росло в нём ощущение горечи: не он выбирает…
… показать весь текст …

У меня с Достоевским связано сразу три плана моих будущих романов. Когда мне было четырнадцать лет, я, прочитав «Преступление и наказание», отложил книгу на полку и сразу взял листочек с ручкой и написал первую строчку своего будущего романа, начав его с главной идеи Раскольникова «Я убил человека». Это была первая строчка и основная идея, как я позже узнал — синопсис. Мне показалось, что я напишу лучше, чем Достоевский и более психологично и философски.
Потом мы стали выписывать новое собрание…
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Григорий Печорин (Аннигиляция дуэльных страхов и скуки эпохи)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Разрушить чужую судьбу может, построить свою — нет.

Царапнуть сердце Белы может, ласкать её прах — нет.

Сгореть в полете дуэли может, остаться в гнезде покоя — нет.
… показать весь текст …

Когда все сходится — ищи подвох.
Суета действиями не считается.
Решающий ход — всегда сомнительный.
Урок номер один — никогда не ходи на бесплатные первые уроки.
Нет барана без особого плана.
Дурак не хочет быть умным, дурак хочет быть
умнее других.
Слеп не тот, кто не видит, а тот, кто не предвидит.
И хищник может быть гуманным, пока он сыт.
Будь мудрее, и станешь добрее.
Там, где много верёвок, неувязки неизбежны.
Начнёшь каркать — всё проворонишь.
Поиски лёгких путей усложняют жизнь.
Не устраивайте курице разбор полётов.
… показать весь текст …

(Квантовая драма в одном акте. Стиль: ТУБОККУ)

Место действия: Юридическая палата, обклеенная страницами из дневника Максима. По углам прячутся тени, имитирующие карликов.
Действующие лица:
• АДВОКАТ СЕРЫЙ — Мастер двойной игры.
• АДВОКАТ ЧЕРНЫЙ — Ловец анаграмм.
• МАКСИМ — Писатель-Титан, запертый в коде.

(Адвокаты шепчутся, их голоса вибрируют, создавая эффект Хичкока.)

СЕРЫЙ: Напишем в протоколе: «От него убегают карлики». Это идеальный бред. Пока толпа обсуждает гномов, мы взломаем ег…
… показать весь текст …