Эпоха поэтов последним набатом
Сомкнулась над бездной непризнанных лиц,
А в завершенье, зелёным закатом,
Пала пред стойкостью Истины ниц.
Но ей не надо фальшивых рассказов,
Глупых расстройств и заброшенных душ —
В движениях чувств — ощущенье экстазов
И чаянье смысла в кружении стуж.

Порталы закрыты к другим измереньям,
Ложь равномерно легла на судьбу,
И фактор любви, поклонившись презреньям,
Выдавил молча из страха мольбу.
Картавили двое в одной преисподней,
Трое сидели на гнутой оси,
Земной, поминая в исподнем господнем
Царство земное в Исконной Руси.

Там, где распад обретает величье,
Стынет в зените немой монолит,
И время, сменив золотое обличье,
В ржавых оковах покорно молчит.
Стерты границы, и стерты надежды,
В пепле событий — лишь отблеск огня,
Мы донашиваем чьи-то одежды,
В сумерках веры себя хороня.

Скрипнет пространство под тяжестью фальши,
Вспыхнет на миг ледяная звезда,
Кто-то незримый посмотрит подальше —
Там, где не светят уже города.
Там, в пустоте, где не властны законы,
Смысл прорастает сквозь толщу времен,
Сбрасывая с пьедесталов резоны
В гулком молчанье былых похорон.

Снова на грани, на острие вздоха,
Мир замирает, как зверь пред прыжком,
Кончилась эта, по сути, эпоха,
Став лишь забытым, немым чертежом.
И в тишине, что пронзительней крика,
Вспыхнет ответ, что не требует слов:
Истина — это лишь тень многолика
В вечном движении сброшенных оков.

Кемерово

Когда-нибудь придёшь назад,
спрошу с порога: «Чё припёрся?»
А ты, потупив долу взгляд,
промолвишь, что ботинок стёрся.

Вот так всегда, вот так у всех,
когда закат смыкает очи,
берёт на душу ветер грех,
несясь в подсолнечные Сочи.

А ты слезами моешь пол,
рвёшь на куски вопросы веры
и смотришь «проклятый» футбол,
танцуя под фрагмент «фанеры».
… показать весь текст …

На перекрёстке трёх космических миров,
в закате дня, стоял Восторг.
У тишины же было счастье: три луны
и сноп огня, и свой чертог.

А в деревушке, у реки,
где воды чисты и пахучи,
стояла дева, и мечты её, могучи,
слагали вещие часы в легенды смысла.
Судьба лишь видела итог: любовь и числа.

По склону, где тайги канва,
среди громов и гроз прелестных,
стоял Он, милый, на пути, что в поднебесье,
… показать весь текст …

В закаты старый мир уходит,
нам оставляя тишину,
в которой сам ты архитектор,
теперь, по праву, по уму.

От мыслеформ зависит завтра,
от действий — счастье и путь,
а пред тобой — пустая карта
с вопросом: «И куда шагнуть,
чтобы не сбиться по ошибке
с маршрута веры и любви,
где утром рано гаснут звёзды
на крыльях ласковой зари?»
… показать весь текст …

В багрянце заката Припять застыла,
Как призрак былого, в объятьях руин.
Здесь время забылось, здесь жизнь отступила,
Лишь ветер гуляет средь брошенных нив.

Здесь аномальные пляски кошмара
Реальность ломают зигзагом «мечты».
Забытая зона — то вечная драма,
Где сталкеры бродят, как серые львы.

Она ж — словно ангел в проклятом месте,
С глазами, как омут, печали, тоски.
В её хрупком теле — стальная есть крепость
И воля, что крепче гранитной доски.
… показать весь текст …

На щеках ржавый пепел,
что тридевять вёрст донёс ветерок.
Прилетел он от бомбы, от взрыва,
и оставил в душе горький ток.
На губах, словно в Сахаре, песок,
привкус серы, магния, калия, лжи.
И душа, умирающая от страха,
ищет выход, спасение, дни,
где плывут, обновляясь, мечты — миражи.

Реки несут обагрённые воды,
от сражений, прошедших лет,
В глубине — накопились невзгоды,
и закатов, и стенаний, и бед.
… показать весь текст …