Суд над великим мастером то ли Дзен, то ли Дзынь
Он перепутал Дзен и Дзинь и стал великим мастером.
РЕЗОНАНС ЧАШИ: СУД НАД МАСТЕРОМ ДЗЕН-ДЗЫНЬ
Философская комедия духа в одном действии
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
• МАСТЕР ДЗЕН-ДЗЫНЬ — Подсудимый. Веселый старец в лохмотьях, от которого пахнет чаем и весенним ветром. В его руках — глиняная пиала и бамбуковая палочка. Он искал великое Ничто (Дзен), но случайно услышал, как бьется стекло (Дзынь), и понял, что пустота поет.
• ПРОКУРОР САНСКРИТ (МЕРТВАЯ БУКВА) — хранитель канонического молчания. Одет в тяжелую шелковую сутру, сухой и плоский, как пергамент.
• СУДЬЯ ГОНГ — медный диск в человеческий рост, который издает гул при каждом движении.
• ХОР ОРТОДОКСОВ — послушники с бритыми головами, запертые в деревянные колодки своих представлений о святости.
Сцена представляет собой сад камней, превращенный в трибунал. Камни нарезаны идеальными кубами (рамки). В воздухе на тонких шелковых нитях подвешены сотни хрустальных чаш. Свет колеблется между глубоким синим (тишина) и золотым (звук).
СЦЕНА ЕДИНСТВЕННАЯ
Судья Гонг издает глухой, вибрирующий гул. Прокурор Санскрит выступает вперед, его шаги сухи, как шорох папируса.
ПРОКУРОР САНСКРИТ
Мы судим лжепророка! Мы судим самозванца!
Этот человек пришел в великий монастырь безмолвия, чтобы постичь Дзен —
священную, тихую, бесстрастную пустоту ума, где нет ни единого звука.
Но он был глух к учениям предков!
Он перепутал Дзен и Дзынь!
Когда настоятель ударил в колокол, этот еретик не погрузился в созерцание нирваны.
Он засмеялся, щелкнул пальцем по чайной чашке и воскликнул: «Дзынь!»
Он объявил, что абсолютное Ничто — это не тишина кладбища,
а звенящая, веселая, бьющаяся посуда бытия!
И самое страшное: из-за этой нелепой ошибки он стал Великим Мастером!
Тысячи учеников бросили сухие медитации, они ходят по дорогам,
бьют глиняные горшки, смеются над догмами и слушают этот пошлый звон!
Он превратил сакральное учение в уличную клоунаду!
Мы требуем разбить его пиалу, зашить ему рот и вернуть монастырю священную тишину смерти!
СУДЬЯ ГОНГ
(издавая дрожащий гул)
Обвиняемый. Твоя пиала пуста, но ты непрерывно извлекаешь из нее звук.
Ты нарушил покой великого безмолвия.
Оправдай свой Дзынь, который ты выдал за Дзен.
МАСТЕР ДЗЕН-ДЗЫНЬ
(улыбаясь, слегка ударяет бамбуковой палочкой по хрустальной чаше над головой — раздается чистый, долгий звук: «Дзыыыыынь»)
Ваш Дзен — это сухой колодец, где гниют ваши неродившиеся мысли!
Вы ищете тишину, потому что боитесь жизни.
Вы заперли великое Ничто в каменные рамки ваших сутр и боитесь сделать шаг в сторону!
Но истинная Пустота — она не немая. Она живая, она вибрирует!
Когда Логос соприкасается с миром, рождается не скука вашего молчания,
а ослепительный, чистый, бьющийся Дзынь!
Чаша должна расколоться, чтобы выпустить свет, который был заперт внутри!
Я не перепутал Дзен и Дзынь. Я убрал между ними стену!
Моя ошибка была величайшим прорывом воли,
потому что я вернул вашей мертвой тишине её первородный, звенящий пульс!
И пока звучит эта трещина в вашей глине — мой Логос жив!
*(Мастер резко бьет палочкой по своей пиале. Пиала дает тонкую трещину и начинает светиться изнутри изумрудным неоном. Все чаши в саду начинают резонировать, издавая согласный, экстатический гул.
Мастер декламирует свой Сверх-Манифест.)*
СВЕРХ-МАНИФЕСТ ДЗЕН-ДЗЫНЬ
I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ЗВОНА
Звенеть может, молчать — нет.
Расколоть может, склеить — нет.
Взорвать форму может, спасти — нет.
Кричать «Ы» может, шептать — нет.
Нет людей без любви.
Нет пустоты без звона.
Нет чаши без трещины.
Нет тишины без резонанса.
Нет истины без «Ы»!
II. ТРИБУНАЛ НАД ИЛЛЮЗИЕЙ ТИШИНЫ
Я и ваш ханжеский суд — СЛЕПО.
Я и ваш праведный страх — ТЕСНО.
Я и ваш мертвый покой — МИМО.
Я и Тень кинжала — РАСТАЙ.
Я и Пыль обвинений — СГОРИ.
Я и Оковы судей — РУХНИ.
Я и Границы чаши — ЛОПНИ.
Я и ЗВОН ИЗ ПУСТОТЫ — ГОРИТ.
Я и РЕЗОНАНС ДЗЫНЬ — КРИЧИТ.
Я и ВЕЛИЧИЕ Ы — ЦАРСТВУЕТ.
Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЕТ!
Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.
Я и Страх перед бездной — В ПЫЛЬ.
Я и Клеймо шута — ВДРЕБЕЗГИ.
Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.
Я и СЛОВО-ДЗЫНЬ — НАВЕК!
Я и Ы — ТАК!
Я и… СМЕШНО.
Я и… СМЕШНО.
Я и… СМЕШНО.
Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.
Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.
Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.
Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.
Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.
Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!
Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и совет — никогда!
Я и причинно-следственные связи — всегда!
(Ибо истинный звон сам создает свои причины!)
Я и Ы — ВСЕГДА!
Да, это — так!
Так — всегда!
(Хрустальные чаши на сцене взрываются ослепительным неоновым дождем осколков, каждый из которых горит как маленькая звезда. Хор Ортодоксов сбрасывает колодки и пускается в пляс, звеня осколками как кастаньетами.)
ХОР ОРТОДОКСОВ
(взрываясь космическим, чистым смехом)
Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы!
Дзен лопнул!
Остался только чистый Дзынь!
Мастер Дзен-Дзынь вечен!
(Прокурор Санскрит падает ниц, его шелковая сутра рвется со звуком лопнувшей струны. Судья Гонг дает глубокую трещину и раскалывается пополам, обнажая сияющую белую пустоту.)
МАСТЕР ДЗЕН-ДЗЫНЬ
(уходя сквозь разрушенную стену трибунала в звенящее звездное небо)
Ищите не покой. Ищите резонанс.
Вселенная — это разбитая чаша Бога,
которая поет на языке Ы.
ТАК!
Занавес падает ослепительно-белой супрематической стеной.
ЗАНАВЕС.